Выбрать главу

– Все в порядке. Я подумала, раз уж мы поблизости от Монтесито, позволю тебе сесть за руль на остаток пути.

Я инстинктивно поняла еще одну вещь: Люсьен бы не захотел, чтобы его бабушка увидела, что за рулем сижу я. Правда тянулась между нами, будто липкая ириска. Вся эта ситуация заставляла меня нервничать, а когда я нервничаю, то много болтаю.

– Но только если ты чувствуешь… – Черт. – То есть если тебе удобно.

Двигатель тихонько тикал, пока Люсьен смотрел на меня, очевидно уловив мой блеф. Он сгримасничал, однако поспешил скрыть это, проведя рукой по лицу. В тишине послышался шорох его щетины.

– Я поведу.

Но никто из нас не двинулся. Мы продолжили пялиться друг на друга, а затем, словно по молчаливому соглашению, повернулись, чтобы открыть двери и выйти из пикапа. Я обошла грузовик спереди и остановилась, встретив на полпути Люсьена.

Он оказался настолько высок, что ему пришлось опустить подбородок, чтобы встретиться со мной взглядом. Господи, какой же большой, красивый мужчина. Холодные зеленые глаза смотрели на меня так пристально, что моя кожа покраснела от жара. Я не могла двигаться или думать под этим взором.

– Тебе и правда было плохо?

Этот томный голос зачаровывал меня, заставляя сказать правду. Пришлось сопротивляться. И, о боже, эти чертовы глаза. Я моргнула, изображая из себя святую наивность.

– Люсьен, ты обвиняешь меня во лжи?

– Ага.

Что ж.

Его каменное выражение лица не изменилось, однако в его ледяном взгляде что-то проскользнуло, подсказывая мне, что он не столько зол, сколько хочет узнать правду. В эту игру могли играть двое.

– Скажи мне, Брик. Ты бы признался, что у тебя мигрень, если бы я спросила?

Твердая линия рта чуть дернулась, в глазах мелькнуло веселье.

– В конце концов.

– Хм-м.

Его темные брови взлетели вверх.

– Хм-м? Это твой ответ?

Я пожала плечами:

– Почему нет? Ты же его часто используешь.

Подергивающиеся уголки его рта грозились расцвести в полноценной улыбке. Но он вовремя взял ситуацию под контроль.

– Кажется, мы понимаем друг друга.

– Думаю, да.

Это не должно было наполнить меня предвкушением. Но так и случилось. С деловым кивком я направилась к нему, но он остановил меня, пригнувшись. Хотя его губы не коснулись моего уха, я ощутила его горячее дыхание на своей коже. Меня едва не пробрала дрожь, когда голос Люсьена прозвучал мрачным шепотом:

– Спасибо, Эмма, что спасла меня от моей мужской гордыни.

Я не смогла бы скрыть улыбку, даже если бы попыталась. Она расплылась по лицу, словно солнце, которое греет от щек до кончиков пальцев.

– Не за что, Люсьен.

Он хмыкнул – о, как же мне нравилось хмыканье этого мужчины, – а затем уселся на водительское сиденье.

Мы не разговаривали, пока выезжали с парковки, но затем он снова включил радио. И он казался расслабленным. Я могу поклясться, что уловила исходящий от него запах ванили. Не сладость ароматической свечи, а темную цветочную ноту настоящей ванили. Я не могла представить, чтобы парень вроде Люсьена пользовался одеколоном, но казалось просто невероятно заманчивым наклониться и понюхать его.

Это, конечно, было бы чересчур. Он и без моих посягательств оставался скрытным.

– Мы уже близко? – спросила я, чтобы отвлечься.

– Да. – Он стрельнул в меня косым взглядом. – Извиняюсь за то, что заснул.

– У меня тоже бывают мигрени. Сон – лучшее лекарство.

– Хм-м.

– Эти твои «хм-м» каждый раз заставляют меня улыбаться, знаешь?

О, неужели я почти вижу его ответную улыбку?

– И почему это плохо?

А он вообще знает, что флиртует? А я знаю?

Все это виделось глупым. Я собиралась пробыть здесь совсем недолго, и спать с внуком бабушкиной подруги было бы не только идиотской затеей, но еще и способом причинить себе боль. Я не очень-то хороша в случайных связях. И почему-то мне не казалось, что Люсьен принадлежит к тому типу парней, с которыми заводят серьезные отношения. Скорее всего, все закончилось бы игнорированием с его стороны, а я бы чувствовала себя дурой.

Потерявшаяся в собственных мыслях, я почти пропустила съезд с шоссе и поворот на очень узкую дорогу, которая пролегала вдоль сельской местности. Я вдруг обрадовалась, что не вела машину эту часть пути. Ничего хорошего из этого бы не вышло, я бы просто завела нас в дебри, пока Люсьен спал. Сквозь деревья я мельком увидела искрящийся голубизной океан. Кое-где за воротами виднелись крыши массивных домов. Сочный, солнечный Эдем.

Люсьен подъехал к воротам из кованого железа, прикрепленным к бесконечной полосе белых оштукатуренных стен, покрытых глициниями и бугенвиллеями[20]. Ворота соединяла арка из железа, а посередине красовалось название – «Роузмонт», – написанное золотыми буквами.

вернуться

20

Бугенвилле́я – род вечнозеленых растений семейства никтагиновых.