Протянув руку, она запустила пальцы в мягкие волосы Арика и перестала притворяться, что не хочет его. Кого это волновало в данный момент? Он целовал ее так здорово, что она хотела только одного — большего.
Возбуждение нарастало в ее крови с каждым прикосновением его языка к ее. Она захныкала от его смелых движений. Арик погрузил язык в ее рот, раздувая пламя своими зачаровывающими движениями, заставляя ее увлажняться все сильнее от нажима его бедер. Ее клитор гудел от желания кончить. Если Арик не остановится, она кончит. Джордан царапала ногтями его руки и спину, пока не вонзила ногти в его задницу и не прижала его к себе.
Арик зарычал. Рокот прошел через их соединенные рты и вниз по ее телу, посылая искры вожделения вниз, между ее ног.
Она ласкала его спину, гладя вверх и вниз, сжимая его мышцы. Жидкий огонь разлился по ее венам, усиливая желание. Ей не хватало воздуха. Словно прочитав ее мысли, Арик двинулся вниз, чтобы поцеловать и пососать ее челюсть, а потом легкими покусываниями пройтись от шеи к плечу. Джордан застонала. Он снова двинул бедрами, и, ох ты бог мужчин с большими пенисами, она могла бы поклясться, что за веками вспыхнули звезды.
— Черт возьми, у тебя это хорошо получается. — Она будто со стороны услышала, как ее собственный задыхающийся и наполненный удивлением голос произнес эти слова.
Арик ухмыльнулся.
— Насколько хорошо? — его дыхание касалось ее кожи прямо над широким вырезом топа.
Она моргнула и посмотрела вниз. Он наблюдал за ней, обводя ее грудь пальцем с ногтем… или это был волчий коготь? Какого черта песня How Low Can You Go (прим. — буквально «Как низко ты можешь опуститься», песня исполнительницы LP) пришла ей в голову? Дурацкая песня.
— Достаточно хорошо, чтобы почти заставить меня забыть, что в траве подо мной полно всяких жутких ползучих тварей. И вокруг. Скорее всего, кто-то сейчас уже карабкается по моим ногам.
Джордан вздрогнула. Не из-за возможности появления насекомых, а из-за порочной улыбки, которая заиграла на сексуальных губах Арика. Возможно, ей придется отправиться на общественные работы, чтобы заслужить прощение за нечестивые мысли о том, что мог бы сделать этот порочный рот с ее телом.
Джордан наблюдала, как он ухватил вырез ее черного топа и разорвал материю прямо посередине, попутно прихватив ее лифчик своими острыми, как бритва, когтями. Его ноздри раздулись, и он облизнул губы.
— Уверен, я могу заставить тебя забыть все это, — прошептал он.
Забыть что?
Она изо всех сил старалась не упасть в обморок от возбуждения. В глазах Арика было явное обещание оргазма, и она не собиралась упускать его. Очарованная, Джордан затаила дыхание. Он отодвинул разорванные части топа так, будто разворачивал подарок. Она была большой девочкой, в этом не было сомнений. Черт возьми, она всегда немного стеснялась своего размера, вот почему была немного груба с большинством мужчин. Но прямо сейчас, когда великолепные серые глаза Арика смотрели на нее так, словно она была самой сексуальной женщиной на земле, она не могла чувствовать себя неуверенно.
— Красивая. — Он застонал и потерся носом о ее грудь. Ее соски напряглись при первом дуновении теплого воздуха из его рта, прежде чем он втянул их в рот.
Джордан всхлипнула и выгнулась, чтобы он мог взять ее грудь еще глубже в рот. Он сосал ее так сильно. Каждое движение губ посылало прямой толчок вниз к ее клитору и заставляло ее влагалище сжиматься от пустоты. Ее глаза закрылись. Чувства бушевали внутри.
Желание. Вожделение. Страсть.
Все фантазии о сексуальном рте Арика не имели ничего общего с реальностью. Движения его языка на ней были как скольжение атласа. Было горячо. Она была мокрой. Она вот-вот кончит.
— О Боже милостивый. — Она сжала в кулаках мягкие пряди его волос.
Соси. Лижи. Обведи языком. И повтори.
Быстро нарастающее удовольствие привело ее в неистовство. Штаны для йоги были буквально выдернуты из-под нее, но Джордан едва ли обратила внимания. Вместо этого она широко раздвинула ноги. А потом резко открыла глаза и перешла от созерцания полной луны к зрелищу Арика, потирающегося лицом о внутреннюю сторону ее бедра.
— Моя.
Джордан проигнорировала бы всю эту игру с пещерным человеком-волком, которую он сейчас затеял. Но она знала, что сейчас Арик был гораздо больше животным, чем человеком, судя по жестким чертам лица. А еще он дышал на ее киску, и одно только ощущение его горячего дыхания подталкивали ее к краю удовольствия.
Она пошевелилась и оторвала зад от травы, надеясь, что он понял намек. Он раздвинул ее ноги шире, чтобы они поместились на его массивных мускулистых плечах. Предвкушение закипело в ее груди. Ее губы пересохли от тяжелого дыхания.