Выбрать главу

Ключников стоял рядом с капитаном у окна комнаты службы, внимательно наблюдая за Барсом.

— Идите! Он вас ждет! — сказал капитан.

С длинным, смотанным, как аркан, поводком Ключников вышел во двор. Он видел, что за ним отовсюду наблюдают свободные от наряда солдаты. Опыт мог кончиться так же печально, как у Селянкина, тем не менее Ключников, держа поводок наготове, ровным размеренным шагом направился к будкам.

Барс вскочил, показывая клыки, ощетинился, но поводок, с которым были связаны понятия «лес» и «работа», отвлек его внимание.

Ключников в одну минуту пристегнул защелку и сбросил цепь.

— Вперед, Барс, вперед! — раздалась долгожданная команда.

Барс вздрогнул и остался на месте, как бы не веря, что цепь больше не связывает его.

— Вперед! — громко повторил Ключников. Барс одним прыжком выскочил за черту, дальше которой вот уже вторую неделю не пускала его цепь. Теперь он словно не замечал удерживающего поводка и самого Ключникова. Возбужденно пофыркивая, не поднимая носа от земли, он зигзагами пробежал двор и сразу же устремился к дорожке, ведущей на контрольную тропу. Путь перед ним и Ключниковым мгновенно очистился. Даже старшина Малышев, который всегда старался сохранить выдержку и достоинство, и тот счел лучшим прибавить шагу и поскорее скрыться за дверью казармы.

— Проманежь его как следует, пусть побегает! — услышал Ключников голос капитана.

Неожиданно мимо Барса лихо пронесся Дневальный, как бы показывая, что в работе по следу он тоже кое-что смыслит. У Ключникова сердце так и упало: сейчас Барс погонится за ним, затеет драку, неизвестно, чем это кончится.

Действительно, возбужденный Барс рванулся в сторону Дневального, но, задержанный поводком, сейчас же вернулся к тропинке: ничто не может отвлечь настоящую собаку, когда она работает по следу.

— Хорошо, Барс, хорошо! Ищи! — повторял Ключников, едва успевая бежать за собакой, прыгая через валуны и рытвины, стараясь не выпустить из рук поводок.

* * *

Прошло несколько недель. У перекрестка тропинок, где Ключников спасал Селянкина, вылез из-под земли коренастый гриб-боровик, поднял на своей шапке сосновые иглы, осмотрелся и вывел на свет целую семью маленьких, еще прикрытых лежалой хвоей тугих боровичат.

Ранние туманы напоили влагой подушки мха, усеянные желтой морошкой; заалела на пригорках брусника, темными с сизым налетом ягодами украсился густой, протянувшийся на десятки метров черничник. Загомонили, зашумели на озерах, собираясь в стаи, пернатые. У гранитной глыбы за перекрестком тропок выступили из-за поредевших золотистых берез темные ели.

Вдыхая всей грудью росистую свежесть осеннего леса, шагал Ключников знакомой дорогой, присматриваясь к ориентирам: валунам, кочкам, валежнику, старым окопам, окликая время от времени рыскающего по кустам Барса.

Сегодня вечером впервые они шли в наряд. Перед боевым расчетом Ключников специально отпросился сюда, чтобы позаниматься с Барсом в лесу.

Перекресток тропок, у которого стражем встал гриб-боровик, памятен был Ключникову не только по сражению Селянкина с Барсом. Как-то, еще в первые дни своей новой службы, пришел сюда Ключников отдохнуть после беготни по лесу и сел на обочину. Барс немедленно уселся рядом.

«Возьмет и цапнет, как Селянкина, что ему стоит», — подумал тогда Ключников и на всякий случай отодвинулся метра на полтора в сторону. Барс, заворчав, сейчас же сел поближе, почти касаясь боком его локтя.

— Да ну тебя! — пробормотал Ключников, переходя на новое место.

Барс зарычал громче, снова подошел к нему и долго негодующе фыркал, с деловым видом втягивая носом воздух: раз они были в лесу и Ключников сел на землю, значит, они в секрете, собаке полагается сидеть рядом с вожатым.

Ключников улыбнулся своим мыслям и, спрятавшись за кустом, едва слышно произнес: «Тс-с-с!»

Убежавший вперед Барс замер и оглянулся.

Ключников сделал вид, что маскируется, выждал некоторое время и, вытянув руку в сторону, опустил ее к земле. Барс сейчас же, не поднимая головы, пополз к нему, извиваясь между кочками и кустами, бесшумно лег с левой стороны, готовый по первому сигналу вскочить и броситься на врага.

Сознание власти над такой собакой доставляло Ключникову огромное удовольствие. Как он добился этой власти, он не мог бы толком сказать. Просто и днем и ночью гонял Барса то на тренировочный городок, то по учебному следу, возился и разговаривал с ним, как не возился и не разговаривал даже со Злодеем, сам в конце концов привязался к собаке, и Барс понял это, ждал его прихода, а в отсутствие Ключникова томился и тосковал.