— Главное то, чтобы нам соединиться физически. И чтобы это сделать, я должен определить, где точно находится мое тело, а для этого мне нужна твоя помощь.
Он объяснил, как он летел на юг с фермы, с которой похитил скрира, через море Тета и затем на запад, к необитаемым берегам Гонволана. Лоони оборвала его.
— Ну, конечно. Там есть огромный лес Пта, оставленный на востоке от города Пта. Если ты последуешь своим прежним курсом, ты вскоре окажешься над заливом, где три реки встречаются и текут в древнее море. Земля у южного берега представляет собой четыре или пять островов. Жди меня там. Я приду в теле, в котором ты меня видел, когда я вскарабкалась на великий утес, — улыбнулась она. — Это единственное законное свободное тело, которое я теперь занимаю, — она замолкла, потом сказала: — Пта, — сказала она спокойно, — у тебя есть план? Я имею в виду… — Она сделала жест. — Настоящий план, один из тех, которые по-настоящему уничтожат или низвергнут Инезию?
— У меня есть теория, — медленно сказал Холройд, — и непоколебимая вера в человеческий характер. У меня есть оборонительное оружие, которое сбережет миллиарды жизней. У меня есть возможность проникать в мозг каждого человека где бы то ни было, включая удельных императоров. Но если Инезия ухитрится овладеть моим настоящим телом, прежде чем я буду готов к действиям, это будет ударом для нас обоих. Только этот ответ я могу тебе дать.
Он видел, что голубые глаза смотрели на него озабоченно, но пухлое лицо Нушира ничего не выражало, поэтому она спросила:
— Сколько времени пройдет, прежде чем ты начнешь действовать?
Холройд вздохнул. Ему бы хотелось, чтобы она не задавала этого вопроса. На него было слишком сложно ответить. Его первые расчеты относительно времени, которое должно было пройти, давали ему срок в четыре-пять месяцев. Если принять во внимание то, что он подписал полномочия на смерть Лоони, которые были отсрочены на шесть месяцев, и принять во внимание, что часть этого срока уже прошла, то оставалось не более пяти месяцев. Даже мысль об этом заставила его вздрогнуть.
Через пять месяцев боевые скриры Зард учинят бойню на севере Гонволана. Мужчины, женщины, дети будут гибнуть сотнями миллионов. Города падут под пятой захватчиков, оставив ужасные руины, и это будет концом мира, и ужаснее этого трудно себе что-либо представить…
Но возможный размер бедствия можно предугадать. Для этого следует вернуться назад в 1944 год, где люди испытали подобный урок. Нужно убить страх, не поддаваться ему, и терпеливые приготовления осуществить за час до событий, когда с дьяволом можно было бы покончить одним решительным и сокрушительным ударом.
Холройд выбросил ужасные картины из своего мозга.
Быстро он сказал:
— Я увижу тебя в дельте и объясню все. А теперь до свидания.
Через десять минут он вернулся в свое тело и увидел серебряное сверкание трех рек, описанных Лоони. Двумя днями позже сама Лоони прибыла к нему туда.
Глава 26. Вторжение в Гонволан
Остров был зеленым идиллическим миром. Его холмы и прогалины жили своей тихой жизнью, в каждом кусочке джунглей зрели фрукты на деревьях. Здесь не было опасности для двоих: тощей загорелой женщины и высокого, темноволосого мужчины, скрывавшихся в джунглях. Оки ждали, когда могущество потечет к Холройду, могущество, которое значило, что женщины молились и что победа возможна. Проходили дни и недели.
Время было нескончаемо. Они проецировали себя в чужие тела на всех континентах Земли, тела значительных людей, правителей, маршалов, высокопоставленных чиновников и чиновниц, удельных владык и мятежных командиров.
Это было медленное, кропотливое дело, похожее на копание траншей; континент был слишком велик, слишком много людей имели порабощенные умы и придерживались консервативных взглядов. Слишком много людей в отдаленных городках яростно говорили:
— Но ведь богиня не объявила о войне с Аккадистраном. Где же свиток с Имперским указом? Ты говоришь неправду!
«Богиня не предупреждала нас!»
Нет, она не предупреждала! Слухи просачивались подобно болезни: торговцы, чьи караваны гримбов и скриров возвращались с неудачей. Нелегко им было заткнуть рот и запретить рассказывать о том, что творится на границах страны.
Беженцы двигались на юг, разнося весть о терроре. Но от богини не было ни слова. Где-то, представил Холройд, она сидит и делает свои расчеты или хохочет, когда думают о ней.