Вывеска над входной дверью, по правилам армейского жаргона, составляла невообразимую смесь букв и цифр, которую вновь прибывшей было велено крепко-накрепко запомнить.
— Самвернется примерно через час, — перегнувшись через некое подобие стойки, сказала мисс Проув, когда женщины представились друг другу. — Он ждет вас.
«Сам?» — подумала Йори. Она давно не слышала, чтобы так кого-нибудь называли, и была уверена, что этим словом заменяют имя человека только в дурацких мелодрамах.
Мисс Проув воспользовалась этим временем, чтобы показать Йори ее апартаменты. Так как все здания располагались под атоллом, поселение было куда больше, чем казалось на первый взгляд.
Ознакомившись с предназначенным для нее помещением, Йори утешилась тем, что эта нора расположена не так далеко от поверхности, чтобы нельзя было высунуть носа наружу. Она собиралась сделать это пару раз во время налета. В ее распоряжении было отличное оборудование для записи и наблюдения, но, разумеется, личное участие в событии — это совсем другое дело.
Как большинство других жилых помещений на атолле, комната с низким потолком имела три-четыре шага в длину и совмещенный санузел. Тут размещались две двухъярусные койки и четыре просторных встроенных шкафа. Стены, пол и потолок были сделаны из того же материала, что и сам атолл, напоминавшего цемент.
Заняв одну из пустовавших коек и ближайший к ней шкаф, Йори решила отправиться на поиски босса. Здесь, в номере, разрешалось снимать скафандр, но все же рекомендовалось носить его постоянно, за исключением шлема. Пришлось подняться снова и велеть роботу доставить в номер громоздкий костюм. Почти все люди, с которыми она сталкивалась на поверхности, были облачены в скафандры.
Снова выйдя на улицу, она стала спрашивать всех подряд, где найти знаменитого директора. К удивлению Йори, те, кто был знаком с этим человеком, называли его Папик — разумеется, за глаза.
И говорили, что он в баре.
— В баре?
Отвечавший непринужденно кивнул. Не желая выглядеть полным несмышленышем, Йори не стала вдаваться в детали.
Никто не сказал ей, где находится бар, но здесь было не так уж много зданий подходящего размера.
Это было низкое, ничем не примечательное строение без вывески или какого-нибудь обозначения, указывавшего на его функцию. Рядом с ним росло дерево, судя по виду, привезенное и прижившееся здесь несколько лет назад. Окна были затемнены — по крайней мере, снаружи; никаких признаков того, что внутри находятся люди, не было, если не считать личных роботов со скафандрами, терпеливо ждавших снаружи и напоминавших лошадей у коновязи. Йори оставила своего помощника там же.
Входная дверь не имела ни звонка, ни замка. Журналистка на мгновение заколебалась, не постучать ли, но затем решила, что это будет признаком слабости. Оказалось, достаточно было короткого толчка. Наверно, в косяк был вделан мощный звуковой фильтр; стоило Йори оказаться внутри, как она чуть не оглохла.
Молодая женщина остановилась у дверей и огляделась по сторонам.
— Это бар? — Она до сих пор не могла поверить в его существование.
— А что, леди, разве не похоже?
Действительно, было похоже. Судя по запахам. И звукам.
Человек, ответивший Йори, растолковал ей, что этот единственный бар на атолле является предметом гордости здешних жителей. Красовавшееся на стене изображение указательного пальца сообщало, что ближайший салун находится от этого на расстоянии невообразимого количества световых лет. Несомненно, у этого логова было свое имя, но скорее всего оно являлось военной тайной. Журналистку слегка удивило присутствие мужчин и женщин в военной форме. Неужели находятся любители проводить здесь свободное от службы время? Кажется, ограничений для военных здесь не существовало. Впрочем, бар заполнен не был; видимо, у немногих на Фифти-Фифти было время для развлечений.
Йори подошла к длинной стойке из темного дерева, вдоль которой стоял ряд табуретов, окликнула одного из двух сильно занятых барменов и успела задать ему вопрос. Ей ответили, что в случае неминуемого нападения бар будет закрыт.
Заказав самый слабый из имевшихся здесь напитков и испытывая желание вылить его куда-нибудь, она стала разглядывать полутемное шумное помещение, вдоль стены которого стояли музыкальные автоматы. Вот он, в дальнем конце комнаты! Джея Нэша было легко узнать по искусственному глазу и чертам лица. Именно этого человека она и искала.
Нэш и несколько его помощников, к которым присоединилось изрядное количество штатских гуляк, сидели за длинным столом. С такого расстояния Йори слышала только одно: какой-то мужчина горько оплакивал отсутствие на Фифти-Фифти других подобных заведений.
Йори покинула только что занятый табурет у стойки и подошла ближе.
Посмотрев на искусственный глаз Нэша, Йори подумала о собственных автоматических линзах. Странно, почему он предпочитает носить эту штуку вместо более современных моделей, выглядевших намного естественнее. Скорее всего хочет таким образом привлечь к себе внимание. Но зачем обижать незнакомого человека подозрениями? Может, все объясняется медицинскими или техническими соображениями.
Между тем Нэш действительно привлек к себе внимание изрядного количества людей — правда, далеко не всех. Он достиг этого то ли случайно, то ли нарочно, грохнув кулаком по столу и заорав на одного из своих помощников. Мужчина, сидевший за три или четыре стула от него, был бледен, сбит с толку и не знал, что сказать в свое оправдание.
Судя по тому немногому, что слышала Йори, этот малый решил вернуться на Юхао (а то и дальше) с первым же кораблем. Йори уставилась на человека, лицо которого было ей знакомо по многим развлекательным передачам. Она тут же узнала в нем одного из постоянных актеров, входивших в бригаду Нэша.
Йори, медленно продвигавшаяся к длинному столу, ожидала, что вот-вот начнется потасовка, но, видно, остальные в это не поверили, потому что вскоре снова продолжили негромко беседовать между собой.
К тому времени великий человек забыл о своем оппоненте и начал проклинать высоких политиков, которые довели до ручки эту базу и вообще все «домашние миры».
Какой-то штатский — видимо, один из содержателей салуна, — устав от крика, включил музыкальный автомат, из которого полилась простая, но зажигательная мелодия, тут же заглушившая громкие голоса. Йори почудилось, что то был старинный боевой гимн тамплиеров в инструментальном исполнении.
В ходе первой беседы с Нэшем Йори быстро убедилась, что с подобными людьми она еще не встречалась. Он был отчасти драматургом, отчасти журналистом и обладал рядом других профессий, определить которые было не так легко. Внимательно разглядев его искусственный глаз, Йори заподозрила, что тот выполняет функцию скрытой камеры. Или лампы-вспышки, нужной для моментальной фотографии. Во всяком случае, фонарик там был. Когда Йори сидела напротив Нэша в баре, новый босс время от времени включал свет — якобы для того, чтобы получше рассмотреть собеседницу. Но это больше походило на желание привлечь внимание к самому устройству.
Перед Нэшем стоял стакан, в котором едва ли было что-то крепче пива.
Великий человек был рыжеволос, среднего возраста по современным земным меркам — явно больше ста лет, но меньше ста пятидесяти. Сильный, здоровый и немного выше среднего роста — где-то под два метра. Одет в форму, но шляпа гражданская. Френч и брюки мятые. Совершенно гражданский человек, решила Йори, за последнее время навидавшаяся людей в военном.
Йори слышала, что этот человек одержим своей работой, но считает почти все сделанное им ерундой. Последней мечтой Нэша, которую он изо всех сил пытался воплотить в жизнь, было запечатлеть на голограмму атаку берсеркеров, которую все здесь считали неизбежной.
Нэш имел чин лейтенанта; на его воротнике и лацканах имелись соответствующие знаки различия, но, насколько могла судить Йори, у него была только одна обязанность: обязанность наблюдателя.