Выбрать главу

Но сколь, в конечном итоге, бессмысленно подобное искусственное поднятие своего положения в обществе, столь большее удовлетворение можно получить от того, что благодаря нашим достижениям, мнение других о нас станет выше.

Третья причина, почему мы плохо говорим о других, – стремление отомстить тому, кто плохо с нами поступил, но с кем мы робеем вступить в открытый конфликт. Подобный порыв вполне естественен, поскольку если мы жалуемся на ту, которая причинила нам боль, то рискуем снова получить травму от ее ответа. Можно легко найти утешение, равно как и оправдание своего гнева, когда другие разделяют наши чувства об обиде и обидчике. Если вы решились на сплетни: пара инструкций Поэтому есть предложение: если вы собираетесь посплетничать (с узким кругом людей), обдумайте свои слова. Пусть разговор будет настолько доброжелательным и справедливым, насколько бы вы хотели, чтобы другие говорили о вас, когда они станут обсуждать, хотя и правдивые, но нелестные вещи.

Этот вид сплетен обычно бывает особенно несправедлив. Желая, чтобы другие разделили с нами наш гнев, мы зачастую не стараемся точно описать обиду, нанесенную нам. Если бы мы так сделали, наше недовольство могло бы не столь сильно затронуть других и они могли бы даже предположить, что мы тоже частично виноваты в размолвке. Поэтому мы преувеличиваем, считая, что люди сказали более обидные вещи, чем было в действительности или что они поступили с нами гораздо более нетактично или бесчестно, чем было на самом деле. (Большинство из нас достаточно умелы в приписывании жутких мотивов тем, кто нас обидел.) Наши преувеличения, которые мы сами можем не вполне осознавать, направлены на то, чтобы другие сочли нашу ярость обоснованной и разделили ее.

Насколько продуктивна такая «скоропалительность»? Все стычки кажутся сначала неизбежными, но выглядят нелепыми и мелочными по прошествии некоторого времени. Если мы выразили свой гнев многим, то позднее нам будет слишком трудно помириться с нашим противником, которого мы представили столь глубоко презренным. Кроме того, когда противник услышит, что мы говорим о нем, он может стать еще более враждебно настроенным к нам. Он может не только противиться восстановлению мирных отношений, но и начать распространять свое видение разлада, в котором мы, без сомнения, будем представлены гораздо менее героическими и мученическими. Таким образом, ссора запускает всю машину причинения боли.

Мой совет, особенно если вопрос тривиальный – держите свой гнев при себе, не теребите его, и возможно он скоро рассеется. Еще лучше, встретьтесь с тем, кто причинил вам боль (прежде чем пойти на этот шаг, имеет смысл воздерживаться от каких-либо гневных ответных действий в течение нескольких дней, чтобы дать себе возможность взглянуть на ситуацию шире). Предположив, что ваш противник не столь ужасная личность (что похоже на правду, поскольку вы были дружны до последнего времени), можете ей сказать: «Ты обидела меня, сделав…» или «Мне кажется, что ты незаслуженно …». Это на самом деле может привести к извинению и примирению. Иногда мы не встречаемся с той, на кого злимся, по той причине, что не хотим слышать ее объяснений своего поведения, которые могут лишить нас удовольствия от чувства праведности своего гнева.

Конечно, не всегда есть возможность напрямую пообщаться с тем, на кого мы злимся. Если это произошло с вашим непорядочным начальником, то вы рискуете потерять работу. Если с членами своей семьи или родней со стороны супруга или супруги, то конфронтация может вызвать окончательный разрыв отношений. В таких случаях может принести пользу излияние гнева на кого-то еще, при условии, что вы выберете доверенное лицо, которое вас утешит, а не спровоцирует.{5} Но чаще всего, тем не менее, сплетни лишь усиливают разлад, и уменьшают шансы на примирение.

Стремление к более нравственной речи поможет нам стать более последовательным и ответственным в своих эмоциональных реакциях и менее склонным передавать мелкие разногласия большому количеству людей. Так мы скорее научимся напрямую общаться с теми, кто, на наш взгляд, плохо с нами обошелся. Вместо того, чтобы быть беззащитной жертвой, мы сможем взглянуть на себя как на способных отстаивать собственные интересы. Это может быть не самым незначительным преимуществом, получаемым от решения придерживаться нравственной речи.

полную версию книги