— Систем управления две. Первое — рычаги и педали для движения по земле. Как у трактора — вот так заводится двигатель, вот так управляется. — Ловко оседлавший кресло хозяин с удовольствием поворочал рычаги и потыкал пальцем в нужные переключатели. — А вот это, слева — управление для перехода между мирами. Вот под потолком сфера, она активируется здесь и здесь перед началом прыжка. Двигатель раскручиваем до средних оборотов, подаем питание сюда. Затем — этими верьнерами выставляем скорость движения и направление по потоку. Стрелка вправо — поднимаемся вместе с потоком. Стрелка влево — наоборот, опускаемся вниз, в энергетический пробой.
Макс встал рядом с надувшимся от важности «иномирным пилотом» и стал внимательно разглядывать мешанину трубок и деталей. Ниро усмехнулся про себя, достал из кармана рулетку и отправился в заднюю часть машины — измерять «багажник».
— А тебе не интересно? — удивился Чак.
Но командир наемников лишь рукой махнул:
— Ты ему все сначала растолкуй. Да так, чтобы он мог вместо тебя скататься туда и обратно. Потом уже я послушаю, когда нормальным языком разжуют. Макс у нас в лицее преподавал, у него получается даже полным болванам вроде меня все объяснить.
— Скататься не получится, — посмурнел хозяин железной «абстракции». — Ресурс сферы почти весь выбрал. На три, максимум четыре поездки хватит. Я бы не рекомендовал пробовать, надо запас оставить на возвращение.
— Ну тогда на пальцах все показывай. И потом по ангару проедем, опробуем, как оно бегает. Солярки-то у нас в достатке… А я пойду думать, как наши многострадальные пять тонн впихнуть.
За сутки до выхода был объявлен карантин: группа заперлась в ангаре, погрузила многократно проверенное оборудование в «Шиль-эста» и щеголяла в разгрузках, обвешавшись оружием. Успели даже пару раз провести учения, отрабатывая движение четырех боевых троек, к одной из которых добавили Чака. Для начинающего иноземец неплохо освоил азы и хотя бы не путался под ногами, вовремя приседал на колено и не блокировал сектор обстрела штатному пулеметчику в своей группе. Прошлые дни получалось куда как хуже.
Ближе к вечеру народ разбрелся по ангару, убивая время и скрывая подкатывающий мандраж. Ниро устроился на опустевшем столе и катал из хлебного мякиша шарики, выстраивая из них замысловатую гусеницу. Аккуратно выставив очередную «кочку», задумчиво спросил застывшего напротив нанимателя:
— Значит, туда мы выкатимся рядом с портом. Как раз к началу ночи, когда аборигены спят. Так же тихо и незаметно докатываем до пристани и на зафрахтованный корабль.
— Уже десять раз обсуждали, сколько можно.
— И еще десять, если понадобится… На корабль, значит… Так, вот этот пристроим сюда, в хвост… Корабль… На котором проверяем горючку, еду и прочее. И выдвигаемся дальше, к точке номер два — тайной стоянке, откуда уже пойдем на лодках… Кстати, ты уверен, что команда аккуратно не рванет назад, вместе с твой «Ланью», которая останется в одиночестве куковать на борту?
Чак покопался в кармане, добыл ментоловый леденец и сунул в рот. Пожевал и ответил, дыхнув мятным запахом:
— Уверен, дождутся. И нос в наши дела совать не будут.
— Неужели и команде заплатил с лихвой?
— Заплатил… А еще капитан судна и его брат раньше служили у моего отца. И свое собственное дело начали, когда он их отпустил и подъемные дал, на которые корабль и купили.
— Хороший у тебя отец, однако.
— Хороший… Был… А когда с отца кожу сняли, то Брайдель, капитан, вместе со мной тело выкрал и потом хоронил, как положено… И мы теперь будем потрошить самое жирное судно уродов, которые мою семью решили всю под нож пустить. Они — убили отца по надуманному обвинению, отобрали поместье, разогнали крестьян. И через две недели их корыто с накопленным за десять лет грузом золота и драгоценностей пойдет мимо нас. И настанет мой черед поквитаться. Я ведь не зря дату выбрал. Там вся шелупонь одним разом решила на ярмарке поторговать. Раз в год торги. И в этом году обещают на редкость большие торги. Вояки неплохо степь почистили, народ сумел на разграбленном имуществе кочевников руки погреть, да и первый урожай большой сняли, никто набегами не беспокоил. — Чак снял очки и теперь уставился на замершего Ниро провалами, мерцавшими голубыми всполохами. — Я думаю, даже руководство Дома не в курсе, сколько подчиненные в одно место сволокли. Вот и проверим, как нас удача любит.