Выбрать главу

Это не спектакль. Я её точно ранил.

Раз так, то… Размахнувшись, метнул копье.

Нельзя увернуться от того, что преследует тебя. Копье было окутано чернотой и взвыло, пробившись через защиту. Я бил ещё и волей, усиливая атаку.

Этого жрица уже не выдержала. Копье вошло ей в спину, кинуло вперед и пригвоздило к земле.

Выставив руку вперед, я потянул копье обратно. Оно выскочило с хлюпающим звуком и устремилось ко мне. Оставив жрицу в покое, пусть помирает себе тихонечко, я бросился к Резано. Тем более новая партия духов подоспела, и на этот раз целый старший явился. Я прибежал как раз вовремя, чтобы насадить его на копье.

В прошлый раз старшего духа я убивал с большим трудом. Сейчас же… Разогретый схваткой, завалил с одного удара. Дух буквально на всё древко нанизался и благополучно издох, выпустив на волю четырех мелких духов. Которые благополучно сдохли, убившись об вибрирующий покров.

— Какого хрена?! — накричал я на Резано. — Что с рукой?!

— Потерялась, — криво улыбнулся он.

Солнце ушло, луна ещё не взошла, а ночное зрение не позволяло видеть цвета в полной мере. Зато опыт позволял достроить картинку и распознать, что Резано бледный, как смерть.

— Ты как? — спросил я серьезнее.

Парень опустился на землю и развалился.

— Помирать не собираюсь. Яд расползался по телу. Я сначала перерубил каналы, но этого не хватило. Пришлось отсечь руку. Иначе бы умер.

— Ты псих.

— Сам деревенщина.

Слова походили на бред, но нет, мы всегда так общаемся.

— Лекарства принял?

— Конечно, — глянул он на меня.

Рядом с ним лежали опустошенные флаконы. Останавливающие кровь, придающие сил, бодрящие и не дающие отключиться, ускоряющие исцеление. Я пригляделся к обрубку и увидел, что тот покрылся коркой.

Только вот… Оружие Резано — его кулаки. Оставшись без руки, он превратился в инвалида и потерял будущее.

— Эй, аристократик, — сказал я ему, — тебя ведь эта царапина не остановит? Ты не будешь плакаться и жаловаться на судьбу?

— Царапина? — переспросил он. — Плакаться я буду, когда вернемся в лагерь.

— Правильный настрой. Глядишь, так у Халы появится шанс обогнать тебя. С бревном тебе точно бегать неудобно будет.

— Да пошёл ты, — рассмеялся Резано.

Я тоже улыбнулся, хотя внутри был серьезен.

— А что это с твоей подругой? — спросил он, глядя на жрицу.

— Она мне не подруга, — машинально ответил я.

С момента, когда парня ранило, прошло от силы минут десять. Ночь только начиналась. Самое сложное было впереди.

И происходящее со жрицей намекало на то, с кем именно сложности будут связаны.

— Дерьмо, — резюмировал я увиденное.

Тело ломалось, поднималось и хрустело. Духи рождались и выходили прямо из него. Они роились вокруг жрицы, и за ту пару секунд, что мы наблюдали, их выскочило трое.

На такой дистанции я не рискнул метать копье. Обратно вернуть не смогу. Выбрал лук. Его я с собой тоже таскал. В несобранном виде преимущественно. Сейчас он валялся рядом с Резано.

Пока натягивал тетиву, духов стало семь, а жрица полностью распрямилась.

Первая стрела угодила ей в живот. Вторая в грудь. Третью она поймала и откинула в сторону.

— Твоя подруга упрямая, — сказал Резано. — Сам справишься?

— Не знаю, — честно ответил я. — Пока не вижу ничего сложного.

И именно в этот момент рядом с нами вывалилась большая стая.

Эпилог

Солнце поднялось в зенит, отразилось от скал, и лучи попали на веки. Это вызвало мучительную боль.

Голова разрывалась. Бок пылал огнём. Лодыжка саднила, и ею было страшно шевелить, чтобы не вызвать новую вспышку боли.

Рядом валялся Резано. Я бы и рад положить его поудобнее, но у самого сил не хватало.

Ночь… Ночь вышла настолько же плодотворной, насколько и жестокой.

Рядом со мной, с противоположной стороны от Резано, в грязи лежал мешок, заполненный эссенциями. Хватит на нас двоих, ещё и останется пара горстей.

Это была первая хорошая новость. Вторая — мы ещё живы.

На этом хорошие новости заканчивались.

Бой с изменённой жрицей закончился для меня опустошенным резервом и парой неприятных ран. Удивительно, но после метаморфоз она сохранила частицу разума и все хрипела, вопрошая, не думал ли я, что всё так легко закончится. Рассказывала в перерывах нашей битвы о том, что камень, который врос ей в грудь, создал жирдяй Перси. Хотел изобрести бомбу, что уничтожит весь лагерь, но она нашла применение получше.

Я не особо вслушивался в бред этой безумной. Ну, камень. Ну, даёт возможность притягивать духов, которые усиливали её тело. Если бы они не появлялись прямо в ней, вообще легко было бы. И если бы старший дух сразу не занял тело жрицы, я бы уничтожил её куда быстрее.