— Подождите, товарищ Олимов, послушайте!
Николаев и Сорокин уже поднялись и, прощаясь, сообщили, что через неделю, после поездки в соседнюю республику, снова вернутся сюда.
— И там, у соседей, будут обсуждаться те же вопросы, что и у нас? — спросил Олимов.
— Да, но помимо вопроса о мобилизации людей на тыловые работы в трудовую армию, — генерал Николаев пристально поглядел на Орифа, — еще будет решаться проблема размещения нескольких промышленных предприятий, эвакуированных из прифронтовых районов.
— Могу сказать вам, товарищи, что и этот вопрос в Узбекистане, куда мы ездили, уже решен положительно и полностью, — добавил Сорокин. — Обсуждаться будут лишь сроки быстрейшего ввода в действие этих предприятий.
— Вот какие смелые люди наши соседи! — неожиданно, со скрытой завистью, воскликнул Олимов и бросил укоризненный взгляд на Самандарова, но тот, будто бы не заметив его и не услышав сказанного, приводил в порядок бумаги на столе.
Гости ушли. Проводив их до двери, Самандаров засунул руки в карманы галифе.
— Ну что ж, товарищ Олимов, теперь продолжим и наш с вами разговор.
— Я готов, — ответил Олимов, поднимаясь с места.
— Нет, нет, пожалуйста, говорите вы! Ваши слова, как я понял, можно истолковать так, что мы вроде бы допустили ошибку, дав отрицательный ответ на предложение разместить в нашей республике промышленные предприятия. Правильно я вас понял?
Опустив голову, молодой секретарь горкома задумчиво шагал по кабинету. Потом подошел к Самандарову, взгляд которого, тяжелый и мрачный, он ощутил на себе.
— Разве я как член ЦК Компартии республики и член бюро горкома партии не имею права на собственное мнение? — резко спросил Олимов.
Самандаров от неожиданности вытащил руки из карманов, сложил их на груди и, сдвинув брови, спросил:
— Какое такое собственное мнение?
— По-моему, товарищ Самандаров, мы с вами как партийные работники не должны жить лишь мыслями о делах вчерашних и сегодняшних, нам нужно думать и о будущем, заботиться о нем, как говорится, уметь видеть перспективу.
— Вы, товарищ Олимов, как я понял, эту перспективу видите! — строго перебил его Самандаров. — Однако вы подумали, в какое положение ставите вы всех нас, предлагая принять сегодня эвакуированные предприятия? Мы к этому не готовы, поймите! Совершенно не готовы! А ведь это тоже забота о будущем. Нельзя действовать слепо, подчиняясь первому побуждению, хотя оно и благородно!
— А в соседней республике, товарищ Самандаров, вы считаете, кудесники живут? Им-то по плечу справиться с таким делом?
Видя, что Олимов упорно стоит на своем, Самандаров понял, что, сколько бы они ни спорили, оба останутся при своем мнении.
— Мы в ответе за собственные слова и дела, товарищ Олимов! Лучше, если вы своими фантазиями не будете морочить голову ни себе, ни другим и приметесь исполнять главные поручения, которые вам доверила партия.
— В любом случае я не откажусь от своего мнения! — горячо возразил Олимов, собираясь уходить. — Простите, но я вынужден буду изложить свои соображения другим, может быть, руководящим товарищам.
Самандаров медленно подошел к Олимову, положил левую руку ему на плечо, правую протянув для прощального пожатия, назидательно сказал:
— Не советую.
— Но почему, товарищ Самандаров?
— Потому что к такому выводу пришли те, кто в этом вопросе значительно компетентнее, чем мы с вами, товарищ Олимов.
— Центральный Комитет? — догадался Олимов.
— Нет, это мнение тех ответственных товарищей республики, которые лучше нас с вами представляют всю степень сложности данного вопроса.
Ориф даже в мыслях не допускал, что кто-то из ответственных товарищей республики действительно может возражать против размещения одного-двух эвакуированных заводов в Таджикистане. Неужели они не понимают, что если предложение исходит из Москвы, то ни при каких условиях не будут оставлены без внимания ни республика, ни сами эвакуированные предприятия?
Конечно, здесь не обойдется без трудностей, думал Ориф, без неожиданных и непредвиденных проблем, особенно для тех, кто будет ответствен за это. Однако потому нас, большевиков, называют руководящей силой масс, чтобы везде и во всех делах мы показывали пример мужества и стойкости…
И поэтому, прежде чем покинуть кабинет секретаря обкома партии, Олимов сказал Самандарову:
— Я думаю, Салим Самандарович, товарищи, которые против размещения у нас промышленных предприятий, не правы: они думают скорее всего о собственном спокойствии, нежели о нуждах и будущем Таджикистана и его жителей.