- Что с тобой? – тихо спрашивает Нира, и я не решаюсь лгать ей.
- Врачи говорят, что мои кости истончились и не выдерживают груз тела. Но обещают, что со временем все восстановится, и я вновь смогу ходить.
- Ходить? Только ходить?
Все-то она понимает, моя мудрая женушка!
- В моем мире люди не летают сами, Нира, - тихо отвечаю я, вновь чувствуя, как внутри скручивается тугой узел. – Я привыкну!
- Ты жалеешь? – спрашивает она.
- Нет. Поверь мне, за пределами этой больницы нас ждет большой и прекрасный мир. У нас будет светлый просторный дом. Наш ребенок вырастет, не рискуя стать заложником нелепых традиций…
- Девочка.
- Что?
- Мне сказали, что у нас будет девочка, - светло улыбается она.
И столько в этой улыбке сдержанного сияния, столько тихой радости, что все мои сомнения мгновенно улетучиваются. Я вновь обнимаю Ниру, и мы сидим, прижавшись друг к другу, слушая размеренный шелест дождя за окном. Отто разберется с назойливыми репортерами. Я встану на ноги. И выдержу разговор с суровым отцом. Нира освоится в современном мире. А наша дочка станет самым чудесным ребенком в этом мире, мире, возвращение в который я уже не считаю ошибкой.
НИРА
С момента, как мы воссоединились с Мико, в нашей жизни случаются перемены, лишь подтверждающие, что нас союз благословила Сомния! Лекари разрешают нам покинуть свой храм здоровья (они зовут его «клиникой»), и, хотя перелет на родину Мико нам, по-прежнему, запрещают, мы теперь живем в чудесном домике с небольшим садом, который снял для нас Отто. Его называют «вилла», и находится он прямо на берегу моря. Даже спуск на пляж оборудован специальным деревянным покатым настилом, и наш новый помощник, Кайл, может с легкостью выкатывать кресло прямо к воде.
Да, Мико до сих пор большую часть времени проводит в кресле, но, как и обещано врачами, крепнет с каждым днем и понемногу уже встает. Мне больно смотреть на него, такого неуверенного и осторожного, но сам он ни словом не упоминает о своем прежнем состоянии ветра, и потому я молчу тоже.
В ожидании, пока родится дитя, мы живем тихо и уединенно: приходят лишь Отто, который подробно рассказывает Мико о делах да лекари из клиники, проверяющие состояние мое и мужа. Мне даже разрешают вставать, и я с радостью окунаюсь в домашние хлопоты. Чем-то это время напоминает наши первые счастливые дни на острове, когда мы узнавали друг друга и пробовали себя в роли хозяев.
- Волшба только не работает, - смеется Мико. – Но это дело поправимое.
Да, когда мы одни, он позволяет себе вслух говорить о прежней жизни. Я накрываю на стол, хотя большую часть блюд готовлю не я (мне запрещено долго стоять у горячей плиты), а наша помощница Луа. Луа – из местных, ее, неизменно вежливую, но немного угрюмую, я побаиваюсь. К тому же мне неловко отдавать ей распоряжения по дому.
- Привыкай, - вздыхает Мико, - теперь ты – жена важного и богатого человека.
А вот с Кайлом, который родом из тех же мест, что и Мико, у нас складываются легкие и ровные отношения. Он тоже безукоризненно вежлив, но свободно вступает в наши беседы, поддерживает шутки Мико и терпеливо обучает меня тому, что муж зовет заменой волшбе – учит заказывать вещи через магическое зеркало, называемое «ноутбуком».
Однажды на берегу, когда мы наслаждаемся закатом, а Кайл бродит поодаль, выискивая ракушки, у меня невольно вырывается:
- Знаешь, я скучаю по Бризу.
Мико вздыхает:
- Как ни странно, я тоже.
- Что же все-таки произошло? – рискую задать я вопрос, который так долго меня мучает. – В ту ночь случилось столько странного. Почему Бриз взбунтовался? Он хотел завладеть новой силой, чтобы проникнуть в этот мир? Завоевать его?
- Нет, всего лишь вернуться домой. Бриз был моим предшественником, прежним Аиром, - отвечает мне Мико и тихо, поглядывая на Кайла, пересказывает мне историю Бриза.