Выбрать главу

— Часто это зависит просто от потребности в сексе, — цинично заявил Норман.

Дженни поежилась. Рука ее машинально поднялась к вороту блузки, запахивая его плотнее. Поздно. Она услышала, как он затаил дыхание.

— Джейн, — тихо позвал Норман, — иди ко мне.

— Нет, — испугалась она. Чувства ее были в смятении. Она увидела его плотно сжатые губы и смягчилась. — Ты забыл о шофере? — прибегла она к спасительному доводу.

Норман быстро задвинул шторки на окошке, служащем для переговоров с водителем.

— Он ничего не услышит, — отклоняясь на спинку сиденья, он привлек ее к себе. Дженни оказалась полулежащей у него на груди, зажатая в тиски его сильных рук.

— Ты помнешь мне одежду. — Ошеломленная его неожиданным нападением, она пыталась выскользнуть из его объятий и занять более безопасную позицию.

— К черту одежду, — прохрипел он, стараясь припасть губами к ее рту. — К черту все! Я хочу попробовать вкус твоего поцелуя. Ну, обними меня! Пусть провалится в ад все, что нас разделяет. Нам нужно только одно — ощущать тела друг друга, получать удовольствие от стремления одной плоти к другой.

Глаза его горели, и ей уже самой захотелось поддаться их страстному призыву.

— О, Джейн! — простонал он, зарываясь лицом в ее волосы. — Когда ты так близко, все внутри меня переворачивается.

— Перестань! Подумай, как я буду выглядеть, когда выйду из машины, — продолжала урезонивать его Дженни, изо всех сил пытаясь противостоять его желанию. Она выгибалась, упираясь ему в грудь ладонями, чтобы уклониться от его жадных губ.

— Ты, значит, так представляешь себе наши отношения? — внезапно спросил Норман, и она не поняла, шутил он или действительно был задет. — Собираешься держать меня на расстоянии вытянутой руки? А когда снизойдешь до исполнения супружеских обязанностей, то потребуешь — чего? Подарок? Драгоценностей?

— Норман, пожалуйста, не делай этого! — Дженни тяжело дышала.

Он тихонько скользнул пальцами по ее подбородку, и затем его рука медленно поползла вниз к ключицам.

— И ты очень напряжена, — произнес он, медленно растягивая слова. Дженни ойкнула, потому что Норман, легко приподняв, притянул ее к себе, так, что она теперь лежала на нем всем телом. Положив себе на плечо ее голову, он тихонько гладил и перебирал ее волосы. — Почему ты напряжена?

— Потому что был напряженный день, — устав сопротивляться, Дженни обмякла, слабея все больше с каждой новой лаской его нежных пальцев.

— Да, день был трудным для нас обоих. А могли бы все устроить попроще. Обвенчались бы безо всякого шума, гостей, банкета и подвенечного платья. И сразу из церкви отправились бы в какую-нибудь провинциальную гостиницу, сняли комнату с камином, нырнули в кровать и занялись бы делом. — Он вытянул шпильку из ее прически.

— Не надо! — Дженнифер попыталась поймать шпильку, но он мягко отвел ее руку.

— И, завернувшись в одеяло, смотрели бы потом на огонь, — продолжал бормотать он, целуя ее в лоб и, одну за другой, роняя шпильки на пол.

— Тебе не нравится моя прическа? — отдыхая от борьбы, она уютно устроилась на его груди, злясь на себя за то наслаждение, которое испытывала при этом.

— Сейчас она нам не нужна, — Норман зарывался ладонью в ее волосы и пропускал их между пальцами, испытывая явное удовольствие от прикосновения к струящемуся золотому шелку. — Волосы у тебя просто необыкновенные. Огонь и солнце! — Он поцеловал мочку ее уха и медленно провел горячей ладонью вдоль спины. Другая рука скользнула за вырез ее легкой блузки, и верхняя пуговица оказалась расстегнутой.

Дженни отпрянула, прижимая руки к груди.

— Нет! — очнувшись от колдовского дурмана, она смотрела на него тревожно и испуганно. Норман выглядел озадаченным. Волосы его растрепались, и в сочетании с растерянным выражением лица придавали ему мальчишески-трогательный вид. Дженни почувствовала к нему такую нежность, что с трудом поборола искушение тут же обнять и приласкать его.

Она рисковала потерять невинность прямо здесь, на заднем сиденье лимузина. Не говоря уже о том, что это было совсем не романтично, Дженни лишалась бы тогда некоторого имеющегося у нее преимущества. Пока это не произошло, она сохраняла над ним хоть какую-то власть. Если она отдастся ему так просто и легко, то, учитывая его наклонности, очень быстро станет игрушкой в его руках.

— Хладнокровная мучительница. — Норман помрачнел. Он сгреб ее в охапку и усадил рядом с собой. Лицо его стало отчужденным. И невозможно было понять, как он отнесся к тому, что Дженни не позволила ему исследовать сокровенные уголки своего тела. — Давай выпьем шампанского! — Норман достал бутылку из ведра со льдом, и в гробовом молчании вино было разлито по бокалам. Он насмешливо поглядывал на Дженни, отчего она чувствовала себя неловко. Влажная капля повисла на его верхней губе, и он слизнул ее кончиком языка.