Выбрать главу

В десантах

Главная стратегическая задача военной кампании на Дальнем Востоке заключалась в разгроме Квантунской армии - основной ударной силы японских сухопутных войск - и освобождении северо-восточных провинций Китая (Маньчжурии) и Северной Кореи {254}. Ее осуществление должно было обеспечить успех операций по освобождению Южного Сахалина и Курильских островов и ускорить капитуляцию Японии.

Для достижения этих целей были развернуты три фронта: Забайкальский, 1-й и 2-й Дальневосточные. Важные задачи предстояло решать в кампании Тихоокеанскому флоту и Краснознаменной Амурской флотилии. Необходимость оперативного руководства операцией на удаленном театре военных действий потребовала создать Главное Командование советских войск на Дальнем Востоке, [288] Военный сонет и штаб. Главнокомандующим назначается Маршал Советского Союза А. М. Василевский. Операция по разгрому Квантунской армии началась и ночь на 9 августа, ровно через три месяца со дня Победы над гитлеровской Германией. На следующий день войну Японии объявила Монгольская Народная Республика.

Тихоокеанский флот 8 августа получил директиву перейти на оперативную готовность № 1, развернуть на боевых позициях подводные лодки и приступить к постановке оборонительных минных заграждений. Транспортным судам предписывалось следовать в пункты сосредоточения, одиночное судоходство прекращалось и вводилась конвойная система. К моменту получения этой директивы многие суда находились в открытом море. Все они, получив условный сигнал о начале военных действий, благополучно укрылись в ближайших портах. Это показало высокий уровень отработки действий транспортного флота на случай войны.

Войска фронтов перешли в наступление 9 августа одновременно с территории Монголии, советского Приморья и Приамурья. Утром фронтовая авиация обрушила мощные удары по приграничным укрепленным районам, а также по военным объектам административных центров северо-восточных провинций Китая и других городов. Тихоокеанский флот атаковал с моря и воздуха военно-морские базы и порты в Северной Корее.

Таким образом, Квантупская армия была атаковала на суше, с воздуха и моря по всей пятитысячекилометровой границе с Маньчжурией. Это вызвало замешательство в японских правящих кругах. Премьер-министр Японии Судзуки в тот же день на заседании высшего совета по руководству войной заявил: «Вступление сегодня утром в войну Советского Союза ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным дальнейшее продолжение войны» {255}.

Наступление советских войск развивалось стремительно. Так, соединения и части Забайкальского фронта к исходу 11 августа преодолели труднодоступный горный хребет Большой Хинган и вышли на просторы Маньчжурской равнины. За шесть дней боев противник потерпел серьезное поражение. Войска трех фронтов, продвинувшись [289] до 400 км, овладели 16 укрепленными районами.

В освобождении Северной Кореи активное участие принимал флот. Чтобы ускорить продвижение советских частей, не допустить доставки подкреплений войскам Квантунской армии и лишить их возможности эвакуироваться в Японию, он высаживал морские десанты в северокорейские порты. Для участия в десантных действиях от Дальневосточного морского пароходства выделялось 13 транспортов, в том числе «Караганда», «Лозовский», «Ломоносов», «Менделеев», «Плеханов», «Саратов», «Севзаплес». Были также привлечены суда Главного управления Северного морского пути, Наркомата рыбной промышленности и Дальстроя.

12 августа небольшие десанты морской пехоты были успешно высажены быстроходными боевыми кораблями и катерами в портах Юки и Расин. Транспортные суда доставляли подкрепления в освобожденный Расин. В одном из таких рейсов вечером 15 августа у острова Хам подорвался на мине пароход «Сучан» (капитан В. И. Факторович). Команде удалось исправить повреждения и довести транспорт в этот корейский порт. На подходах к Расину от мин пострадали также теплоход «Камчатнефть» и танкер № 1. Подрывались здесь и боевые корабли. Как выяснилось позже, в этом районе находилось минное заграждение из 420 мин. В период с 12 июля по 11 августа 1945 г. самолеты-бомбардировщики американской авиации выставили у северокорейских портов Расин, Сейсин и Гейзан 780 неконтактных мин с акустическими, индукционными и индукционно-гидродинамическими взрывателями {256}.

Командование американского военно-морского флота предоставило штабу Тихоокеанского флота официальные данные о своих миннозаградительных действиях лишь 21 августа, когда все побережье Северной Кореи уже было освобождено от войск противника.

После подрыва на минах тральщика и транспортных судов пришлось отказаться от перебазирования в Расин маневренных сил флота. Это затруднило осуществление десантной операции по овладению укрепленной японской военно-морской базой Сейсин.

В отряд кораблей, высаживавший в этот порт части [290] морской пехоты и 335-ю стрелковую дивизию, кроме боевых кораблей входили 7 транспортов {257}.

Высаженная первой на причалы Сейсина морская пехота не смогла с ходу преодолеть мощные оборонительные рубежи противника. Артиллерия же и другие части 335-й дивизии еще находились в пути на транспортах «Ногин», «Дальстрой», «Невастрой». Эти суда в охранении минного заградителя «Аргунь», двух тральщиков и трех сторожевых катеров вышли из Владивостока к корейским берегам 15 августа.

Рано утром следующего дня, когда их кильватерная колонна вошла в бухту Сейсин-Ван, подорвался на двух магнитных минах «Ногин» (капитан А. Д. Могучий). Вышли из строя главная машина и другие технические средства. Судно лишилось управления. Один из тральщиков взял аварийный пароход на буксир и повел его к причалам порта. Тем временем экипаж исправил вспомогательные механизмы, от которых зависела быстрая выгрузка артиллерии и боевой техники.

Через полчаса после повреждения «Ногина» подорвался на донной мине пароход «Дальстрой» (капитан В. М. Банкович). Транспорт потерял ход. Его прибуксировал в Сейсип сторожевой корабль «Метель». Но с разгрузкой судна могла произойти заминка - из-за неисправности паропровода нельзя было использовать грузовые лебедки. Тогда палубная команда решила обойтись без механизмов. Работа не прекращалась и во время атак японской авиации, пытавшейся сорвать доставку подкреплений частям морской пехоты.

С прибытием 188-го отдельного артиллерийского, 186-го истребительного противотанкового и 502-го минометного дивизионов десантники при поддержке авиации и кораблей прорвали вражескую оборону и овладели Сейсином.

И после освобождения портов Юки, Расин и Сейсин транспорты продолжали перевозить туда войска и военные грузы. При выполнении этих рейсов моряки действовали, проявляя боевой и трудовой героизм. Так, экипаж теплохода «Комилес» (капитан А. Д. Бородин), получив задание доставить в Сейсин артиллерийский полк, произвел погрузку за 20 часов - в три раза быстрее, чем предполагалось по плану, а выгрузка в Сейсинском порту заняла всего 18 часов вместо предусмотренных 45 часов. [291] Только флотом Дальневосточного пароходства, без учета судов других морских транспортных организаций, в порты Северной Кореи было доставлено более 31 тыс. т воинских грузов. Моряки-дальневосточники с честью справились со своими задачами в десантной операции в Северной Корее.

Между тем на главном направлении в Маньчжурии войска Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов разгромили основные силы Квантунской армии, вышли к военно-политическим и промышленным центрам северо-восточных провинций Китая, а через несколько дней соединились с китайской Народно-революционной армией.

Оказавшись перед очевидностью сокрушительного поражения, японское правительство решило пойти на безоговорочную капитуляцию. 14 августа оно известило правительства Советского Союза, Соединенных Штатов Америки, Великобритании и Китая, что император Хирохито принял условия Потсдамской декларации. Однако Квантунская армия еще продолжала сопротивление. Маршал Советского Союза А. М. Василевский 17 августа предложил ее командующему прекратить боевые действия на всем фронте и сложить оружие.