Выбрать главу

Пилот схватился за рацию, стал звать на помощь по всем имеющимся каналам, но куда бы он не подключался, у кого бы не просил помощи, везде получал один ответ. Катаклизм, возникший в этот день, застал все спасательные службы врасплох. Помощь была далеко и прибыть в назначенный срок не смогла.

Потратив последние силы, Сергей закрыл глаза. И в этот момент почувствовал холодное прикосновение на своем лбу. Маленькие пальчики опустились на кожу, а приятный женский голос позвал его.

Он поднял веки, посмотрел перед собой и вместо суетившегося пилота, увидел ее. Это проклятие! Пророк. Мессия. Ясновидящая.

Марта…Марта.

Его губы шевелились, выговаривая это имя и одновременно проклиная его.

Она смотрела на него и улыбалась.

— Пора, дорогой друг. Бессмертие ждет.

Девичьи пальцы сжались вокруг его запястья и резко рванули вверх. Он вспорхнул и вдруг почувствовал небывалую легкость в движениях. Ему стало тепло и приятно. В глазах появился свет. Такой же самый, который он видел там, во время полета на вертолете возле шпиля. Это было странно, ведь сейчас, когда он сумел повернуть голову и посмотреть вниз, он увидел что уже находится очень высоко над тем местом, где сейчас, в окружении прибывшей скорой помощи и отряда полиции, суетились врачи, пытаясь воскресить его мертвое тело.

20

«…Эдем был другим, не таким каким я его представлял. Там не было солнца, не было райских яблок и красивых людей. Там была тьма и холод. Пронизывающий до самых костей, он проникал в меня, забирался в самый дальний угол моего тела и поселялся там навсегда. Я чувствовал его прикосновение. Чувствовал так, будто это был живой человек. Вот он стоит рядом, смотрит на меня и видя беспомощность, смеется, продолжая испытывать мой организм. Прошло уже много дней, с того момента как я покинул орбиту планеты и отправился в путь, к земле, где по всем приданиям меня ждал рай. Но чем дальше я удалялся вперед, чем сильнее всматривался в звездную карту, тем сильнее меня одолевали страхи и сомнения. А может его не существует? Может все то, что мне говорил незнакомец и Марта оказалось просто блефом сумасшедших, проведших долго время в закрытом пространстве и вернувшихся на планету уже другими? Может всего этого и не могло быть? Кто сказал, что видел Эдем? Никто! Я повелся! Как маленький мальчик. Признаюсь, мне стало стыдно. За себя, за тех, кто оказался рядом со мной сейчас и, изнывая от жажды и голода, лежали на металлическом полу, возле приборной панели, смирно дожидаясь своей участи. Я предал всех, заставил ее пойти со мной, поверить в весь этот бред, поставив на кон наши жизни, не подготовившись и сейчас раскаиваясь во всем случившемся. Дни проходили очень медленно. Я перестал считать их после шестого месяца пути, когда звездное пространство перед моими глазами стало сливаться и звезды, как маяки, заманчиво мигали, зазывая в свои объятия. Что ей теперь говорить? Как утешать? Еда почти закончилась. Те запасы, что мы пополнили на последней станции снабжения, почти истощились, а вода, обретя в этом путешествии цену гораздо большую, чем люди придают ей на земле, превратилась в золото. Каждый глоток как отчет о жизни и смерти. Еще один — и ты уже обречен. Не больше литра на двух взрослых людей и путь, который мог никогда не закончится.

Я думал над тем, чтобы вернутся Да-да, я, тот самый человек, кто пожертвовав всем, был готов идти до последнего, что бы достигнуть созвездия, совсем недавно поддался отчаянию и уже был готов схватить штурвал и направить истребитель в обратном направлении. Однако что-то во мне не дало сделать этого. Сара уже тогда, когда каждому из нас стало ясно, что смерть — это лишь вопрос недалекого времени, говорила „Нет ничего хуже, чем смотреть вперед и не видеть там конечной цели“. В чем-то она была права, я не видел созвездия. Нигде, куда бы падал мой взгляд, не было хотя бы отдаленного похожего скопления звезд. Карта не менялась. Путь продолжался долгие месяцы и отдаленные торговые пути оставались позади. Все было напрасно? А может нет. Может оно там, совсем рядом, просто необходимо слегка потерпеть и дождаться, когда же перед глазами я увижу свет и холод в костях сменится теплом.

Последнее время мне стали сниться кошмары. Я вспрыгивал ночью с пола и хватался руками за поручни, размазывая выступивший холодный пот на лбу и крича, как обезумевший. Сара к тому времени уже не обращала на это внимания — просто не было сил. Стараясь меньше двигаться и уменьшить затраты своего организма, они почти слилась с сероватым полом грузового трюма и все реже появлялась в кабине, заходя туда лишь для того, чтобы выпить свою дневную норму воды и проглотить сухой кусок пресного мяса. Я был тут постоянно. Не мог уйти, боялся проморгать появление звезд. Но их стало так много. Вначале я видел всего пару штук, затем их стало больше и больше, пока пространство перед моим лицом не засверкало яркими огнями далеких и таких близким звезд. Страха почти не было. Я свыкся с мыслью о смерти. Наверное, это самое больное, что может случиться с человеком, когда он, переступая какую-то невидимую грань, становится безразличным ко всему, что может случиться с ним в следующее мгновение.