Я увидел в стеклянном лифте силуэты Кондо Кагари и Акихибэ Акико. Мои коллеги с медсёстрами направились вверх — на четвёртый и пятый этажи.
Если всё пойдёт гладко, скоро и я их догоню. Одновременно с пассажирским лифтом приехал и грузовой. Массивные створки раскрылись, и наружу вышел он…
Такого японца я ещё точно никогда не видел. Меня даже не волновал вопрос генетики и того, как такое могло получиться. Я не мог понять только двух вещей: как его выдержал лифт и где он находится халат под свой размер.
МакисимаСакуя был под два метра ростом и, казалось, точно такой же в ширину. Я интереса ради активировал «анализ», чтобы посмотреть, из чего состряпан этот здоровяк. Соотношение жира и мышц оказалось практически равномерным. Далеко не бодибилдер, но и не борец сумо. Просто здоровенный японский медведь.
Кума.
— Кацураги-сан, — пробасил МакисимаСакуя и поклонился мне. — Вызывали на помощь?
Не удивлюсь, если психи у него в кабинете возвращают себе рассудок от страха.
— Добрый день, Макисима-сан, — поклонился я в ответ. — Асакура-сан ввёл вас в курс дела?
— Да, — кивнул МакисимаСакуя и пошагал вслед за мной к отделу, в котором работал КиридзакиШисуи. — Это для меня обычное дело.
Макисима чуть не раздавил Лихачёву о стену, когда проходил мимо неё по узкому коридору. Странно, что я раньше такую скалу не замечал. Должно быть, он специально приходит раньше всех, а уходит как можно позже, чтобы никто не слышал, как под ним трещит кафель.
Когда МакисимаСакуя вошёл в офис, все работники резко прекратили стучать по клавиатурам. Шорох ручек затих. Наступила гробовая тишина.
— Где КиридзакиШисуи? — спросил меня психиатр.
Но не успел я ответить, как весь отдел показал пальцем на своего коллегу.
— А… Что происходит? — напрягся Киридзаки.
— Киридзаки-сан, пройдёмте со мной, — попросил МакисимаСакуя. — Мне нужно пообщаться с вами в профилактическом кабинете.
— Только в том случае, если вы — главный врач. Потому что я собираюсь писать жалобу, — заявил Киридзаки.
— Разумеется. Я — самый главный врач, — спокойно кивнул Макисима.
Киридзаки не выдержал эмоционального давления и всё же покинул отдел и вернулся в кабинет профилактики.
Я позволил психиатру и пациенту побыть в кабинете вдвоём. Через пять минут КиридзакиШисуи покинул кабинет и спокойно последовал за Макисимой к лифту.
— Пойдёте с нами, Кацураги-сан? — спросил психиатр.
О, удивительно! Быстро же он его уговорил. Правда Киридзаки выглядит уж больно испуганным, но это пойдёт ему во благо. А МакисисмаСакуя хорош. Заменяет всю психоневрологическую бригаду одним собой.
Я отправил Хикари на подмогу остальным терапевтам, а сам позволил себе отправиться в приёмное отделение. По пути отправил смс-сообщение АкихибэШотаро о том, что вынужден оставить вакцинацию, чтобы проследить за пациентом, требующим особого внимания.
Главный врач ответил утвердительно. Всё-таки сегодня был обычный тест-драйв, и мы за короткий срок успели сделать прививки очень большому количеству людей.
Психиатр молча передал мне бумажку с заключением, которое начеркал от руки.
«Мания без психотических симптомов. Вероятно, органического генеза?»
Предварительный диагноз психиатра. Отсутствие психотических симптомов — это хорошо. А вот манию я определил ещё с самого начала. Она ставится по трём признаком.
Первый — повышение активности или физическое беспокойство. В этом сомнений не было — КиридзакиШисуи метался по этажу, как атлет на короткой дистанции.
Второй — повышенная говорливость. Чтобы заткнуть его лекцию о вреде прививок, мне пришлось изрядно потрудиться. И это ещё одна монетка в копилку поставленного диагноза.
И третий — ускоренное течение мыслей. Именно из-за этого симптома наш диалог совершенно перестал клеиться под конец.
У этого диагноза есть ещё много пунктов, но особенно ярко были выражены эти три.
Мы с МакисимойСакуей довели пациента до диагностического отделения, где ему выполнили магнитно-резонансную томографию. Пришлось долго уговаривать мужчину, чтобы тот не дёргался и терпеливо дождался окончания процедуры. Всё-таки МРТ, в отличие от КТ делается не моментально.
Вскоре к нам подключился Асакура Джун. К этому моменту уже был готов снимок. И мой диагноз, естественно, подтвердился. В заключении рентгенолога была указана опухоль височной доли.
Объяснить причину столь скорой госпитализации было непросто, но КиридзакиШисуи поверил нам.
— Простите, Кацураги-сан, — совсем поник мужчина, когда Асакура начал оформлять его в нейрохирургию. — Я не хотел, чтобы у нас с вами возник такой конфликт. Я почему-то не мог вам поверить.