Выбрать главу

Несколько раз за лето он видел ее издалека вместе с Алеком. Он видел их в продуктовом магазине, а однажды на пляже, где они играли в бадминтон. Она много смеялась, и на щеках у нее появлялись глубокие ямочки. Эта картина преследовала его до следующего свидания с ней.

Шарф чаще висел на крыльце, чем отсутствовал. Энни и Пол встречались в доме Мери и проводили вечера в спальне наверху. Они часто говорили о прошлом и никогда – о будущем. Он проявлял осторожность в своих требованиях к ней, но к середине лета уже тяготился тайным характером их взаимоотношений. Ему хотелось большего.

– Мне кажется, тебе пора уйти от Алека, – сказал он однажды вечером, когда они еще лежали в постели.

Энни подняла голову с его плеча. Казалось, она поражена его заявлением.

– Я никогда не уйду от него, Пол. Никогда.

– Почему? Я лучше смогу обеспечить тебя. И Клея. Я усыновлю Клея. Я могу…

– Не говори так! – Она села в постели. – Ты говорил, что тебе будет довольно того, что я захочу тебе дать. Ведь так?

– Но я люблю тебя.

– А я люблю Алека.

Впервые он разозлился на Энни. Оттолкнув ее, он стал вылезать из постели, но она быстро схватила его за руку.

– Прости, прости, прости! Я не хотела, чтобы это так прозвучало.

– Ты почти не видишь его. Его все время нет, он оставляет тебя одну с ребенком и…

– Потому что он зарабатывает деньги. Сейчас он не может найти другой работы. Если бы мы хотели жить в городе, ему не пришлось бы столько работать. Но мы хотим жить здесь, и вынуждены таким образом за это расплачиваться.

Он посмотрел на нее:

– Ты употребляешь меня!

– Нет!

– Да! Я просто заполняю пустоту рядом с тобой, когда Алека нет поблизости. Верно? «Старый добрый Пол».

– Не говори так.

Она расплакалась, обняв его за талию, и он перестал спорить с ней.

Провожая его в тот вечер до машины, она держала его за руку.

– Я никогда не уйду от Алека, Пол. Если ты хочешь меня на этих условиях, тогда мы будем встречаться. Если нет – больше не приходи сюда.

Конечно, он продолжал приходить, терпя понимающий кивок Мери Пур, предательский скрип кровати. Он никогда не терял надежды, что Энни передумает. Последнее представление «Затерянного поселка» состоялось в День труда, и он устроился официантом в Мантео. Едва ли это было то, ради чего он учился, но уехать он не мог. А затем внезапно все переменилось.

В течение нескольких дней красный шарф не появлялся. Он беспокоился, не заболела ли она, или, может быть, рассердилась на него, и уже решил позвонить ей, когда обнаружил, что красный шарф снова висит на углу крыльца. Вечером он с большим облегчением отправился на Кисс-Ривер.

– Она наверху, – сказала Мери Пур, встретив Пола у дверей. Пол никогда не мог смотреть ей прямо в глаза. Он чувствовал, что она не любит его, с трудом переносит его присутствие. – Она плохо себя чувствует.

Энни выглядела ужасно. Ее волосы были завязаны сзади, глаза опухли. На лице – в углах рта и поперек лба появились морщины, которых он никогда прежде не замечал.

– Что случилось? – Он потрогал ее лоб, проверяя, нет ли жара, но он был холодный. – Бедная Энни! Ты выглядишь ужасно, – он попытался обнять ее, но она отстранилась.

– Мы не должны заниматься любовью, – сказала она, опускаясь на кровать.

– Конечно нет, раз ты себя плохо чувствуешь.

– Дело совсем не в том, – она была сильно взволнована, почти на грани истерики. – Нам нужно поговорить.

Должно быть, Алек обо всем узнал. Тогда все. Наконец-то дело приблизилось к развязке, и через несколько минут Пол узнает, выиграл он или проиграл.

Она нервно сжимала ладони на коленях:

– Я больше не могу этим заниматься.

– Что произошло? Алек узнал?

– Нет. Просто… я сама себе противна. – С этими словами она вскочила с кровати и пробежала по коридору в маленькую ванную комнату. Он услышал, как ее вырвало. И тогда он вспомнил, как она не давала ему пользоваться презервативами, считая, что с ними он не получит удовольствия. Однако она заверила, что ему не нужно волноваться, так как она заменила странный набор противозачаточных средств, который использовали в колледже, на диафрагму. Но насколько диафрагма надежней?

Когда она вернулась в комнату, ее кожа была влажной и серой. Он насильно обнял ее, и она, плача, прижалась к нему.

– Ты беременна, – он говорил тихо, уткнувшись в ее волосы.

– Нет! – Она отстранилась с диким взглядом. – Пожалуйста, Пол, просто уезжай из Аутер-Бенкс и никогда не возвращайся!