— Ну, понятно...
— А у тебя то как? Нормально живете?
Лигачев посмотрел на меня
— А как? Мы поженились в сорок пятом, тогда проще было. Люди были проще. Что она, не понимает, что на мне лежит?
Лигачев покачал головой
— Нехорошо Раиса Максимовна поступила, нехорошо.
02 сентября 1985 года.
Вашингтон ДС, США
Рональд Рейган на самом деле не любил Вашингтон. Он его ненавидел.
Выросший на Западе страны, он инстинктивно ненавидел Восток — старые штаты, штаты первых поселенцев. Так как США осваивались с востока на запад — на запад шли самые предприимчивые, самые непоседливые, те, кого манили горизонты. На востоке оставались люди, больше всего похожие на старых европейцев, почти коммунисты, не верящие в силу свободы и отваги.
Он пришел к власти с одним простым тезисом: государство не решит ваши проблемы, государство — это и есть проблема. В 1979 году проблем было столько, что американцы поверили ему, решили, что пора сменить власть, прокинули Джимми Картера и демократов[14]. Но сейчас... В 1984 году он выиграл без труда лишь потому, что демократы подсунули на выборы протухшую тушу Мондейла, олицетворявшего провальное президентство Картера. Мондейл одним своим видом напоминал американцам о том, о чем они хотели бы забыть — и потому он проиграл во всех штатах кроме своего родного. С Гленном или тем же Байденом — было бы иначе.
Так получилось, что в его собственной партии он был почти что изгоем. У него, и у вице-президента Буша были разные команды. В сущности — он и выбрал Буша, чтобы не ссориться со своей партией. Но сейчас он все чаще задумывался — а что дальше?
На повестке дня — стоит вопрос объединенной Европы. В сущности, они пали жертвой собственной эффективности — механизмы сдерживания Германии оказались так хороши, что на основании их начало расти нечто совсем иное. В семидесятых американцам удалось выиграть две ключевые партии — сорвать объединение Германии и не допустить прихода к власти коммунистов в Италии. Брежневу удалось протащить Хельсинский процесс, но это — всё. Однако, процесс объединения Европы не остановить, и вопрос — а где тогда будет Россия? Любой европейский политик понимает — без России Европа будет всегда неполной. А это значит — что коммунисты могут взять европейский континент без единого выстрела.
Горбачев этот — чертовски интересный тип. ЦРУ и посольство в Москве прислало материалы о том, что в СССР людям стали давать довольно крупные участки земли под строительство домов, разрешают частное предпринимательство, пока как ИТД — индивидуальную трудовую деятельность. Он спросил Сюзанну Масси, своего советника по России — что происходит? Та не смогла ответить.
Коммунисты умнеют? И к чему это приведет?
Коммунизм оскорблял его рассудок потому, что он не понимал, как можно так жить — всерьез. Вот как можно жить без свободного предпринимательства, без права продавать и покупать что хочешь и по любой цене? Как можно годами стоять в очереди и ждать — машину, квартиру, холодильник. Как можно имея четверть мирового чернозема — закупать зерно миллионами тонн и считать что это нормально. Что тогда делают их крестьяне?
Но теперь, когда его визави Горбачев показался в Вашингтоне — и оказался совсем не таким, какими обычно бывают советские лидеры, а потом начал процесс либерализации экономики, встал вопрос: а что будет если СССР будет еще и экономически эффективным?
Ответить на этот вопрос должен был Джеймс Шлезингер, сейчас он сидел напротив президента. Бывший министр обороны, бывший директор Центральной разведки, бывший министр энергетики, бывший член совета директоров РЭНД-корпорейшн. Один из агентов, обеспечивающих связь Белого дома и правительства Израиля. Сын раввина, выселившегося из Литвы в Нью-Йорк еще в начале века и один из влиятельных вашингтонских теневиков на сегодня. Сейчас он не занимал никаких должностей, но влияние в коридорах сохранил.
— Что произойдет — спросил президент — если русские начнут реформы?
— Мы разработали три сценария — Шлезингер подтолкнул три папки по направлению к президенту — исходя из цен на нефть в пятнадцать долларов, тридцать и выше пятидесяти. При этом, мы обнаружили что корелляция цен на нефть и темпов экономического развития у русских намного меньше, чем мы ожидали. Да, они нуждаются в валюте для поддержания торгового баланса — но меньше, чем нам кажется, их экономика куда меньше зависит от экспорта и курсов чем экономики других соцстран. Почти две трети своей нефти они продают своим союзникам на нерыночных условиях
14
Джимми Картер — один из самых загадочных и недооцененных президентов США. До президентства он практически не имел политического опыта, странно как он вообще попал в список — фермер, а до того офицер-реакторщик на подлодке. Внешне миротворец — он тем не менее нанял Збигнева Бжезинского (Бжезинский занимал единственный официальный пост в стране только при Картере). При нем же готовили ядерную войну в Европе — которая видимо не случилась только ввиду нашего промаха в Афганистане