Обрывки вчерашнего дня промчались в подсознании: Спэнсер, мир вокруг меня рухнул, Эндрю привез меня сюда. Мистер Лэндон меня кормил. Я принял душ, помыл волосы и почистил зубы. Спал без страха, что меня обворуют, изобьют или еще чего похуже. В приютах для бездомных спать лучше, чем на улице, но они далеки от совершенства.
Я понятия не имел, сколько проспал. У меня не было возможности выяснить, который час. Ни часов, ни телефона. В приюте я спал вполглаза и скрывался из вида до того, как кто-нибудь успевал обратить на меня внимание. Обычно я отслеживал время по часам в магазинах. А еще можно угадывать время по расположению солнца, но это казалось неправдоподобным, и я никогда не пробовал.
Сквозь занавески проглядывал яркий солнечный свет. Лэндоны наверняка ждали моего появления. Я умыл лицо и почистил зубы, и у меня не осталось иного выбора, кроме как осмелиться выйти в одежде, которую мне любезно предоставили.
Каждой клеточкой своего тела я чувствовал себя иждивенцем. Я старался игнорировать стыд, мне не хотелось, чтоб кто-нибудь посчитал меня неблагодарным. Поэтому я сложил вещи, вместе с ботинками запихнул в рюкзак и, сделав глубокий вдох, открыл дверь. Коридор пустовал, но из кухни доносились признаки жизни.
Печально, что я так искусно научился определять на слух, в какой части квартиры он находился, и как пройти мимо, чтоб его не потревожить. Я миновал коридор и вскоре пошел на запах.
Кто-то готовил нечто божественно пахнувшее.
И присвистывал, и болтал, и напевал.
Мне почти не хотелось прерывать эти счастливые звуки. Можно было бы весь день стоять за дверью и подслушивать, но укоренившаяся потребность встречаться с судьбой лицом к лицу подтолкнула вперед.
Мистер Лэндон стоял возле плиты, возился со сковородой, полной жареного бекона, и насвистывал под нос, а миссис Лэндон сидела за столом и читала газету. На стойке в хаотичном порядке расставлены кофейные чашки, тарелки, лежала буханка хлеба. Повседневность, беззаботность и полнейшая расслабленность. Никто не нуждался в безупречности и конкретном расположении предметов.
Странно, что я подмечал такую ерунду. Интересно, наступит ли время, когда я перестану замечать? Наступит ли время, когда я перестану дергаться?
— Доброе утро! — увидев меня, сказал мистер Лэндон.
Я вздрогнул, хотя и ждал, что он заговорит. Мистер Лэндон сделал вид, будто ничего не заметил.
Миссис Лэндон кинула взгляд на рюкзак, который я держал словно щит, и по-доброму улыбнулась.
— Янни, хорошо спалось?
— Да, спасибо, — все, что смог ответить я. — И спасибо за одежду. Не знал, что мои вещи были настолько грязными.
— Сегодня можем постирать, — произнесла миссис Лэндон.
— Сначала завтрак. — Мистер Лэндон выложил бекон со сковороды на тарелку, где уже ждал омлет. — Янни, будешь кофе? Сок? Воду?
Миссис Лэндон быстро поднялась.
— Присаживайся за стол, дорогой. Я все принесу.
— Не хочу напрягать, — стиснув рюкзак, сказал я.
Миссис Лэндон посмотрела на мою сумку, и когда мы встретились взглядами, лицо у нее смягчилось. «Она понимает. Она пережила то же, что и я».
— Ты абсолютно не напрягаешь, Янни.
Сев за стол, я положил сумку на колени и, насколько возможно, постарался слиться с интерьером. Мистер и миссис Лэндон сновали по кухне, расставляли на столе тарелки, кофейные чашки и сок, контейнеры с беконом, яичницей и тостами. Во рту скопилась слюна, но трогать я ничего не смел.
Миссис Лэндон разложила приборы, а я инстинктивно их поправил, чтоб они лежали прямо и идеально совпадали с краем стола.
Во мне это прижилось. Сила привычки.
Заметив, что мистер Лэндон за мной наблюдал, я убрал руки от стола и сел на них. Он смущенно улыбнулся и приступил к завтраку, миссис Лэндон сделала то же самое. Но я не шевелился. Дожидался разрешения.
— Ты голоден? — спросил мистер Лэндон и, откусив от омлета, ждал моего ответа.
Я хотел заговорить, но не знал, что именно стоило сказать. Поэтому кивнул.
Миссис Лэндон печально улыбнулась и успокаивающе проговорила:
— Янни, тебе можно поесть.
— Спасибо, — прошептал я, испытав благодарность наряду со стыдом.
Я проигнорировал безмолвную беседу между Лэндонами и сосредоточился на завтраке. Лучше этого омлета я не ел ничего, бекон был вкусным, сок свежевыжатым, а кофе дорогим.
К тому моменту, когда я больше не мог впихнуть в себя ни кусочка, до меня дошло, что мистер и миссис Лэндон давно закончили и ждали меня. Молча я положил нож и вилку, как стрелки, показывавшие на двенадцать и шесть, как он всегда настаивал, и опустил руки на колени.