Но одновременно в Коране сказано (выделено нами):
Коран 29
6 А кто усердствует, тот усердствует для самого себя.[111] Поистине, Бог не нуждается в мирах!
Тем более Бог не нуждается в Домах, названных Его именем. В этом нуждались люди и Бог снизошёл до их степени развития, попустив людям. Поэтому пророку было позволено разрешить хадж (выделено нами):
Коран 3
95 Скажи: «Правду говорит Бог! Следуйте же за религией Авраама, ‹ханифа›, - ведь он не был многобожником!
96 Поистине, первый дом, который установлен для людей,[112] — тот, который в Бекке, — и в руководство для миров!
97 Там — ясные знамения для людей — место Авраама, и тот, кто вошел в него, безопасен. А у Бога — на людях обязательство хаджа к дому, — для тех, кто в состоянии совершить путь к нему. А кто не верует… то ведь Бог — богат, превыше миров!»
Последняя выделенная фраза пророчества (3:97) — основание для ежегодного хаджа в Мекку. Хадж — ежегодный религиозный праздник — который во времена пророка и позже предназначался для ежегодного единения всех мусульман в вере (другие праздники и обряды — менее значимы).
Если предположить, что в VII веке не осталось бы «святынь», вокруг которых арабы-мусульмане могли бы ежегодно собираться, обсуждать насущные духовные и другие вопросы, делиться впечатлениями от успехов и неудач и прочее — как можно было бы иначе устроить самоуправление в исламе? Подавляющая часть населения была неграмотна. Институтов назначаемого «священства» и иерархически организованной религиозной сети (как в «христианстве») у мусульман не положено. Поэтому ежегодный хадж был чем-то вроде стихийных съездов (какими они известны из партийных мероприятий), в которых участвовали не выборные люди, а те, кто смог приехать — и в общем-то плохое материальное положение приехавших не сильно отражалось на возможности посетить Каабу. Поэтому состав верующих, которые ежегодно собираются в Мекку — изначально и до наших дней наиболее демократичен и освобождён от выборных процедур.
В то же время, Бог, скорее всего, ожидал от людей, что ежегодный хадж в лучшем случае станет чем-то вроде большого совещания (собрания представителей мировой общины) с целью передачи друг другу наилучшего опыта по становлению истинного ислама (единения в вере, процесса познания веры и Корана) — религии принадлежащей Богу — в этом должна быть цель такого рода съездов. Но верующие с первых же лет мусульманского хаджа замкнулись на религиозные ритуалы (мало чем отличающиеся от идолопоклонничества), которые почти не менялись вплоть до наших дней и нашли в этом единение. Духовный потенциал познания «прямого пути» Бога с годами был практически остановлен: вера замкнулась на новые ритуалы, однако при всеобщем формальном провозглашении единобожия и буквальном (как поняли) соблюдении многих рекомендаций Корана и Сунны. Этим объясняется и раскол в историческом исламе по принципу «наследия власти пророка» и кризис цивилизации исторического ислама к XVIII веку — одновременно с кризисом библейского христианства. Лишь с середины XX века исламу было придано «второе дыхание» — но это связано скорее всего не с распространением исторического ислама (которое тоже восстановилось после кризиса) а с необходимостью переосмыслением вероучения Корана, которое стало возможно благодаря всеобщей грамотности.[113]
Многие люди из вступающих в ислам толп, приобщившись к красивой и современной вере единобожия — оставались толпарями с животным типом психики и старыми стереотипами взаимоотношений. Некоторые, кто похитрее, жаждали власти, стремясь стать духовными лидерами в своих племенах для чего знакомство с пророком было им важно. С момента массового принятия, ислам стал для многих соблазнителен — вопреки учению Корана.
111
У Г.С.Саблукова это переведено как «
112
Написано "
113
К тому же и «мировая закулиса» решила употребить потенциал исторического ислама для своих целей…