Выбрать главу

Ну, что ж, на велосипеды хватит.

ПАВЕЛ ЕВГЕНЬЕВИЧ С ОЧЕРЕДНЫМ ВИЗИТОМ

29 мая, среда

Несмотря на разразившийся с ночи дождь, москвич Павла Евгеньича подкатил к нам в десять утра — аккурат за фургоном заборщика молока. Журналист — кто бы сомневался — сразу бросился снимать процесс, что вызывало у меня даже некоторую досаду.

— Павел Евгеньич, ну скажите честно — неужели это кому-то интересно? Фотографировать нас тут…

Он, весьма довольный, закрыл крышечкой глазок фотоаппарата:

— И напрасно, вы, Оленька так говорите! — с некоторых пор товарищ корреспондент почему-то называл нас с Вовой, а при случае и всех остальных «юннатов», исключительно на вы. — Вы не представляете, сколько писем с разнообразными вопросами я получаю еженедельно!

— Два? — скептически спросил принимающий пустые бидоны Вова.

— Десятки! И поток растёт! Люди интересуются, просят продолжения вашей… э-э-э… истории.

Вот, что значит: народу сериалов не хватает! Хоть бы про колхозников что-нибудь сняли, так ведь не догадаются…

— Надо же! Тогда вам надо обязательно написать про наших новых курочек.

— Из инкубатора вывели?

— Нет, купили на сельскохозяйственной ярмарке, три породы.

— Покажете?

— Через заборчик. Карантин у них. Но вы всё увидите.

Мы прошлись в птичник, оттуда — в дом. Павел Евгеньич хвалил выложенные бетонной плиткой, а кое-где — торцевыми спилами бруса дорожки, благодаря которым можно было не наматывать на обувь по три килограмма влажной земли. Пока ходили, дождь почти кончился, сели, как полагается, чаю попить.

Из-за двери будущей Федькиной комнаты, в которой пока не было ничего, кроме обширного топчана на пять одинарных матрасов, доносился смех Ирки с Наташкой.

— Гости у вас? — кивнул на ту комнату Пал Евгеньич.

— Это младшие наши, — объяснил Вова, — тоже помогают.

— М-м, а как?

— Сено кроликам подкладывают, яички из гнёзд в птичнике собирают, с козами гуляют. Сегодня сыро, так они дома сидят, дуря́т.

— Понятно, понятно… Уф-ф…

Мне надоело смотреть, как он откровенно мнётся.

— Давайте уже начнём с плохой новости, Пал Евгеньич, что мы, правда, как дети малые.

— Да не такая уж она и плохая… Но… Одним словом, с газонокосилкой не выходит…

— Каменный цветок? — усмехнулась я.

— Мда… — журналист был явно расстроен. — Видите ли, косилок много, и которые цельную траву срезают, и измельчающие, под силос, но все они рассчитаны на использование на полях, под трактор.

— Не наш формат, короче, — подытожил Вова.

— Н-да. На весь город есть одна мотокоса, бензиновая, газоны в центре города выкашивать купили — так дворники отказываются её брать! Говорят, руки выворачивает, будь здоров. Проше и быстрее литовкой…

— Ну, а что делать — будем литовкой, — развёл руками Вова. — Какие тут варианты?

Я, честно говоря, за перипетиями синематографа не следила вовсе, и была не уверена: вышел уже фильм с участием Леонида Куравлёва, где он играл алкоголика, подружившегося с мальчиком, который мечтает об индейцах, или нет. Что за машинки возили они там с детьми по стадиону? Я ХЗ. Вроде, дети толкали агрегаты без усилий. Но вот был ли там травосборник — что-то я не припомню… А, кстати, по поводу полевых косилок с измельчителем — надо будет с нашими друзьями-семейниками поговорить, глядишь, и прикупим у них пару телег. А себе можно немножко и литовкой подкосить, помнится, дядьки тоже помочь горели в прошлом году. Косы только надо…

— Оль, ну ты чего? — толкнул меня под локоть Вовка. — Да накошу я тебе травы, не расстраивайся!

— А-а, нет… Я задумалась просто.

— Зато, — бодро переключился в позитивный режим Пал Евгеньич, — у меня есть для вас прекрасные новости!

— Та-а-ак? — сказали мы с Вовой хором.

— Прошлой осенью к нам в Иркутск приезжала делегация из Социалистической Республики Вьетнам, и, во время поездки на Байкал — сами понимаете, на ракете* это довольно долго, да и погода в сентябре не позволяет долго стоять на палубе, ветер там и прочее… Так вот, я рассказал о вашем юннатском начинании, о желании разводить вот эти восточные породы.

*Ракета — имеется в виду

водный транспорт.

Я нервозно завозилась — да неужели?.. Вовка наоборот — чуть пригнулся, облокотившись о стол, прям аллегория настороженности.

— И вьетнамские товарищи не забыли о моей просьбе! Несколько месяцев шли согласования, оформление ветеринарных документов, карантинные мероприятия… — Пал Евгеньич взял МХАТовскую паузу. — Пятого июня они прибудут на Иркутский вокзал в девятнадцать тридцать!