Ким смеется с заднего сиденья. Я вздрагиваю, притворяясь, что листаю что-то в телефоне.
Эта девушка так похожа на меня, когда-то давным-давно.
– И ты ее поправил? – спрашивает Ким.
– Нет, я просто следовал за ней на расстоянии, чтобы найти дорогу обратно к цивилизации. – Он замолкает. – Теперь я понимаю, что это, вероятно, навредило моей репутации, не так ли?
– О, чувак. – Ким хихикает. – Она, скорее всего, скажет своим друзьям, что отказала тебе, а ты все равно преследовал ее.
– Черт возьми.
Я улыбаюсь, видя его комично шокированное выражение лица.
Мы вместе входим в дом Ронана. После обмена всеми видами социальных сетей и контактной информацией Ким и Нокс продолжают шутить о его дне в КЭШ.
Как и ожидалось, большая часть учащихся школы находится здесь. Из динамиков доносится испанская музыка, но она недостаточно громкая, чтобы заглушить дюжину разговоров, витающих в воздухе.
В гостиной Ронана пахнет алкоголем и смесью дорогих духов – но в основном алкоголем.
Мимо нас проходит дворецкий в черном костюме и белых перчатках.
Это высший класс.
Отец Ронана – граф. Он не только богат, как представители высшего среднего класса, как Ким, Эйден и Ксандер, но и принадлежит к знати.
Я всегда забываю об этом, потому что Ронан ведет себя совсем не как аристократ. Он куда более вульгарен и непосредственен, чем простолюдины.
Ким оживляется и озорно улыбается мне.
– Я сегодня не сяду за руль.
– Не то чтобы это останавливало тебя раньше.
Она встает между мной и Ноксом и переплетает свои руки с нашими.
– Тебе тоже следует выпить.
– Пас.
Алкоголь не только вреден для моего сердца, но и не нравится мне на вкус.
Он горький и обжигающий. Понятия не имею, почему люди так сильно его любят.
– Давай же! – настаивает Ким. – Эта вечеринка в твою честь, помнишь?
– Я уверена, что это просто предлог, который Ронан использовал, чтобы устроить еще одну тусовку.
Мы втроем проталкиваемся сквозь тела, трущиеся в такт музыке.
– Разве это не Элли и Кимми? – Ронан появляется перед нами, на его губах нарисована небрежная улыбка. – Ты не можешь опоздать на свою собственную вечеринку, Элли.
От его элитного пиджака исходит сильный запах алкоголя и дорогих женских духов. И это помада у него на футболке?
– А ты кто такой?
Улыбка Ронана исчезает, когда он вопросительно смотрит на Нокса. Почти так же, как Ксандер раньше.
Как будто он представляет угрозу.
– Я Нокс, – представляется тот со своей фирменной непринужденной улыбкой. Либо он не чувствует угрозы, либо ему все равно.
Я была бы впечатлена, если бы это было последнее.
– Спасибо, что пригласили меня, – говорит Нокс.
– Я этого не делал. – Ронан невозмутим. – Я не помню, чтобы приглашал тебя.
– Эй! – Я толкаю Ронана локтем. – Я пригласила. Разве это не моя вечеринка? Я имею право приглашать кого захочу.
Взгляд Ронана скользит от Нокса ко мне, как будто он что-то подсчитывает, а затем он шепчет мне:
– Ты играешь с огнем, Элли. И можешь сгореть.
Но я уже горю.
Эйден поджег мою жизнь с самого дня, как я впервые пришла в КЭШ.
Теперь я должна сделать то, что мне следовало сделать еще тогда.
Остановить распространение огня.
Остановить смертельную болезнь, которая пожирает меня изнутри.
– Пойдем, Нокс. – Я дергаю его за рукав. – Давай найдем что-нибудь перекусить.
Ким сдержанно кивает мне и уводит Ронана в противоположном направлении. Как только они исчезают, я отпускаю Нокса и направляюсь к столу.
– Здесь ты найдешь все, что захочешь.
Он подходит к булочкам и берет две из них, прежде чем откусить.
Мой взгляд блуждает по залу, даже когда я не чувствую его.
Я не наивна, чтобы думать, будто Эйден пустит все это на самотек.
Я выпрямляюсь.
Ну и что, если он этого не сделает?
Почему, черт возьми, я веду себя так, будто делаю что-то не то? Я должным образом покончила со всем, что у нас было. Я не виновата, что он думает иначе.
– Я попал в странную ситуацию?
Мое внимание возвращается к Ноксу.
– Что?
– Кажется, я нажил себе врагов в лице твоих друзей. – Все еще жуя булочку, он, не глядя, делает движение головой за спину. Я следую указанию и вижу, что Коул и Ксандер пристально смотрят на Нокса.
Или, скорее, Ксандер свирепо смотрит. А Коул просто стоит, небрежно прислонившись к дверному косяку и скрестив лодыжки.
На них куртки Элиты, как и на Ронане, как будто они заскочили сюда сразу после тренировки.
Ни один из них не встречается со мной взглядом. Вместо этого все их внимание сосредоточено на Ноксе.