- Физкультура - это не просто так, кот наплакал, - а:
- Самое настоящее письмо на деревню дедушке:
- Милый дедушка! Напиши, в конце концов, на клубе - хоть ночью сходи тайком - что Физкультура сама по себе существует в данной нам на веки вечные прививке, что это занятие настолько чинное и благородное, что его делают с 17-го года заодно с прививкой от коклюша, в виде именно этой расшифровки:
- Можно чинно и благородно больше ничего и не читать. - Ибо:
- И так очень культурно, - только послушайте:
- Фи-зи-че-с-ка-я Культ-Ура!
Но такое вездесущее знание мира, что:
- Всё и так известно, поэтому можно ничего не читать, именно потому, что принято решение:
- Да, мир замерз навеки, что может и не оттаивать, как звуки на морозе господина - я думал Рабле, но это был Распэ - так как раз было:
- Зачем еще проверять. - Но!
Они потому только и оттаивают, что Дубровский остался жив!
Как и Сильвио. Как и армейский прапорщик Владимир. Как Германн в Пиковой Даме, а не наоборот, сошел с ума, т.к. ему не разрешили довести до сведения всех крепостных свою расшифровку Этой Обоюдоострой Дамы.
Или, как говорил, иногда, Пушкин, просто лошадь:
- Звуки эти нашел Человек. - И его тепло их согрело.
Можно предположить, что и Адам, и Ева сюда - до Земли - в живых не долетели, а так как Чацкий со своей дурой Софьей были разлучены еще в полете Молчалиным, и замерзли - авось и на самом подлете к ее поверхности - и вот какая-то пара Обезьян их нашла и согрела вплоть до разумного состояния.
Так сказать, поймали-таки искру Божью в свои, еще не натруженные тяжким трудом вдыхания во всё жизни, волосатые лапки, и - как сказано:
- Протрубили трубачи тревогу. - Собрались в дальнюю дорогу Сократы, Архимеды и остальные Леонардо да Винчи напополам вот со вчерашним Владимиром Высоцким, которого - вчера же - причислили к сонму - нет, пока еще не святых, а просто:
- Таких же гениев, как Моцарт и Пушкин.
Сальери? Нет, пока не трогали. В отрицательном смысле, Сальери - это и есть звуки, но не те, которые нес Чацкий на долгожданную встречу к своей Алигьери в лице Софьи, а звуки Молчалина, которые он придумал здесь, на Земле, никогда не видя в глаза Книги Бога, где эти звуки были живыми, но вот - авось немного - подзамерзли в пути.
Поэтому.
Поэтому, утверждение, что Книги можно и не читать - заведомо ложное, как сладкие да гладкие речи Молчалина, вдуваемые - чем только - в уши Софье, ибо:
- Содержание любой книги, да, известно, но только, как:
- Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме, - ибо это действительно правильно по той простой причине, что уже и:
- Живет, - к счастью, еще не до конца понимая это.
Следовательно:
- ЧИТАТЕЛЬ - это настолько необходимая Часть Мира, - что и является:
- Второй Скрижалью Завета Бога, - которую принес Моисей с горы Синай.
Без Него - нет Книги Жизни.
Все звуки будут мертвы, как звуки Сальери. Но потому и смерть Моцарта неокончательна, что звуки, им созданные, можно:
- Разморозить. - И волшебник этот, который их найдет и осуществит Завет:
- Чи-та-те-ль-ь.
Почему Шекспир и Пушкин и поставили именно его, Читателя - или Зрителя в Театре - главным героем своих произведений. Без него, без читателя и зрителя:
- Нельзя смотреть эту пьесу, Два Веронца, или читать Дубровского. - Это очевидно, но здесь именно Очевидное Материализм и Эмпириокритицизм сделал:
- Невероятным.
И всего, что надо было сделать - это убрать из Завета Бога Вторую Скрижаль, унизив Её до человеческой грубости Молчалина и Сальери, который, скорее всего, понимал, что убить совсем Моцарта он не сможет, но - как за него продолжил Ле:
- Заморозить минимум на 70 лет - если считать по Нострадамусу:
- Постараемся.
Но, видимо, Молчалин и Сальери в своей каменности? не так прост - что и сказано в Библии:
- Еще один раз оживет на небольшое время.
Еще раз, следовательно, рассматривая Пушкина и Шекспира надо всегда иметь в виду:
- Содержание их произведений разложено на ДВЕ части, а не находится только в одном Тексте - часть информации в Читателе, в Зрителе театра заложена априори.
Именно Читатель расшифровывает, показавшиеся недоступными Виссариону Белинскому Повести Покойного Ивана Петровича Белкина, - недоступными, имеется в виду, как имеющие хоть какой-то интересный смысл.
Именно Читатель Правит все Ошибки Вильяма Шекспира в Двух Веронцах, он, Зритель пьесы в театре именно себя видит в роли того дуба зеленого - или что у них еще там в Англии и Италии - который играет роль Итальянского леса, неочевидного в Англии.
Читатель, следовательно, это и есть Тот Черный Человек, которого боялся Моцарт и который Чернил в глазах народа Царя и Пушкина в Воображаемом Разговоре Пушкина с Александром 1.
Первый смысл здесь в том, что ЧЕРНИТЬ здесь означает:
- Делать неотличимым, - Царя от Пушкина, Моцарта от Сальери во время их перехода один в другого.
Второй смысл - почему Моцарт его испугался, этого черного человека - Читателя, Слушателя - что понял или почувствовал:
- Если его знания, его произведение уходят к Черному Человеку, заказавшему ему реквием - то это Предвидение, что сам он:
- Умирает. - Умирает, как тот замерзший Звук в книге про Мюнхгаузена, который потом сможет пройти по Шекспиру - Тоннелю, соединяющего Две Скрижали Завета - и вновь ожить в тепле Человеческих Струн. - И:
- И именно этим отличался Аполлон от Марсия, что мог умирать во время игры, передавая свою музыку по тоннелю Двух Скрижалей Завета - впрочем, тогда еще не существовавших - но!
Но время в этом случае, как раз не имеет значения, ибо есть только Жизнь.
Две Скрижали и придуманы Богом, и даны Человеку именно для того, чтобы он мог дважды войти в одну и ту же реку, чтобы Иисус Христос во время Воскресения мог вернуться назад, к Адаму и спасти его от греха, повергшего всё человечество в рабство.