Выбрать главу

Она смотрит на меня.

Я разражаюсь хохотом.

Однако.

Что у нее с башней? Большей дичи в жизни не слышал. Она хмурится, я вытираю выступившую слезу и уточняю:

- Кристиан, я верно понял, вы меня только что козлом обозвали?

- Бог с вами, Александр Александрович, - передразнивает она. - Даже не думала, - поворачивается спиной и катит ком вдоль крыльца.

Оглядываюсь по сторонам. Народ и так с вопросом в глазах: "что она мутит", недоуменно чешет мимо. Если тоже начну ковыряться в сугробах, глупость зашкалит. Идея с дурацким снеговиком вообще нелепица. Но руководитель слов не забирает.

Дилемма. Если я уйду, буду...

козлом, как ни крути. А я не такой, нет.

Хмыкаю и натягиваю перчатки.

- Что я вижу, - она с удивлением наблюдает, как я сгребаю в кучу снег. - Хозяин помогает рабу.

- Не делайте вид, что не рады мне. Вы ведь опять меня хотите, Кристиан. У вас соски встали, торчат. Специально без лифчика, соблазняете?

Она смотрит на свою ярко-розовую дутую куртку. Поднимает голову и вдруг швыряет в меня снег. Смеется с моей ошалелости. Такая звонкая, что меня зашибает ее весельем, отряхиваю пальто на груди и улыбаюсь в воротник.

Смотрю на часы. Уповаю на удачу, что найду фартовое число. Если есть девятка и пятерка - мой личный цифровой апокалипсис, то и антипод тоже есть. И я его вычислю, базара нет.

Маниакально звучит. Как и другие выверты мои. Но фак оф, не канает.

Соединяем снежное туловище и голову. Отходим на несколько шагов и придирчиво осматриваем творение.

- Трусы не налезут, - сообщает Кристина. Подбрасывает в воздух кусок красной атласной тряпки. Отбивает в меня, как мяч.

- Будет без трусов, - перехватываю стринги.

Она обходит снеговика и натягивает на него лифчик.

- Хотя он как-то...  -  сомневаюсь. Не нравится мне композиция. - Надо в игрушках порыться. Искусственный фаллос добавить.

- В бюстгальтере и с резиновым причиндалом? - она выглядывает, критически закатывает глаза. - Это извращение.

- Это трансвестит, не будьте ханжой, Кристиан. Кстати, а вы в трусах?

- Да. А вы?

- Пошлите ко мне в кабинет, покажу.

- Вам обязательно так себя вести? - она сдувает волосы со щеки. Оборачивается на звук хлопнувшей двери и кричит появившемуся уборщику. - Мистер Пропер, будь другом, у входа в костюмерную коробка нераспакованная с игрушками, принеси, а?

- Ладно, - парень лупится на нас, на снеговика и без комментариев шмыгает обратно. По хитрому виду ясно - к вечеру растреплет всему клубу, что у босса поехала крыша. Деталей, наверняка, добавит, что я в сугробе звездочкой валялся, на суженого гадал.

Отряхиваю одежду. Классический однобортный честерфилд, черный кашемир. И куда только полез, дяденька, что-то со мной не так, однозначно.

- Бюстик не застегивается, - жалуется Кристина. - Крючки погнутые.

Приближаюсь к ней и пристраиваюсь позади. Перехватываю её запястья и разворачиваю ладони вверх. Белые вязаные варежки тонут в моих черных перчатках. Она думает, что я буду ее тискать, дергается и ударяется спиной мне в грудь.

- Вы в курсе, что это бесполезно? - открывает она секрет. - Ваши театральные домогания меня смешат, ясно?

- Где вы видите театр? - перехватываю ее руку и большим пальцем давлю варежку. Понижаю голос и почти касаюсь ее уха. - А у вас между ног интимная стрижка или гладко выбрито? Я сквозь джинсы не прощупал толком.

- Может, теперь я у вас пощупаю? - прилетает неожиданное. Она резко поворачивается ко мне лицом и склоняет голову набок. Смотрю на четкую коричневую родинку над губой. Карамельно-сладко пахнет помада, она так близко, что ее запах почти на мне. - Так как? Поднимемся к вам в кабинет? Или всё, обратку даёте?

Замешательство могло виснуть и дальше, но отвратный скрип железной двери, как гонг в конце раунда по реслингу, растаскивает нас в разные стороны. Мистер Пропер спускается с крыльца.

- Ты чудо, - Кристина чмокает воздух, забирает коробку и садится перед ней на корточки.

Застегиваю лифчик на снеговике и слежу, как она невозмутимо роется среди анальных пробок, шариков, всякой всячины. Достает большой багровый дилдо и срывает прозрачную упаковку.