Найл прекрасно понимал, о чем сейчас думает Джелко: о Селене, она очевидно умрёт первой. Найл также точно знал, что тот скорее убьёт Карвасида, чем Селену. Джелко странно спокойным голосом спросил:
— А не будет ли лучше, если я прикажу им разойтись?
И тут Найл понял, сейчас Джелко начнёт стрелять. Этот вопрос был рассчитан на то, чтобы потянуть время и вывести Мага из себя.
Но Маг, должно быть, тоже всё это просёк. Он быстро повернулся к демону и сказал что-то на языке, который Найл не понимал. Со скоростью, которая заставила Найла вздрогнуть, существо прыгнуло через всю комнату, подобно какому-то чудовищному кузнечику, и схватило Джелко за горло. Раздался хруст ломаемого позвоночника. Потом существо крутануло голову Джелко так, что она встала задом на перед. Бока отпустил бездыханное тело, и оно рухнуло на пол, к ногам хозяина.
Комната взорвалась сиянием, которое заставило Найла закрыть глаза. Когда он открыл их снова, Маг опять занимался своим кристаллом, а бока двинулся на своё место, прикрывая глаза руками. Демон забился в угол, странно напоминая побитую собаку.
Выяснять, что это была за вспышка, у Найла времени не было, похоже Маг его заметил. Яркий слепящий свет сделал Найла видимым. Его тело сияло, как будто стало люминесцентным. Маг медленно пересёк комнату, поигрывая сияющей кристаллической сферой. Найл попробовал пошевелиться, но понял, что парализован.
— Снова ты. — Он медленно покачал головой. — А я догадывался, догадывался, что это ты стоишь за всем этим.
Найл чувствовал себя подобно мухе, пойманной в бутылку, и готовился к самым неприятным перспективам.
Случившееся было, видимо, следствием того, что Маг применил кристаллический шар, яркий свет которого болезненно бил по глазам. Так как Найл был парализован, то он не мог закрыть свои веки. Шар, казалось, изменялся, превращаясь в разлетающуюся планету. Она, казалось, выворачивала себя наизнанку с бешенной скоростью. Наконец, она расширилась и заполнила всю комнату.
Теперь кристалл перестал напоминать земной шар или глобус, а превратился в лицо Мага, заполняющее всю комнату. Оно было огромно, подобно лицу какой-то гигантской статуи, и его огромные глаза смотрели на Найла, заметны были даже крошечные красные вены.
Найл понял, что он теперь находится в шаре, в который заглядывает Маг, держа его на ладони. Гигантское лицо улыбалось Найлу.
— Как любезно с твоей стороны прибыть ко мне столь вовремя. Это избавило меня от необходимости идти к тебе в камеру.
Маг положил шар на скамью, затем наклонился над этим, так что его лицо еще раз заполнило всё вокруг.
— Да не бойся ты так. Мы ведь собираемся быть друзьями и союзниками. Разве нет?
Найл кивнул. Это случилось как-то помимо его воли. И Найл осознал внезапно, что не только его тело поймано в ловушку, но и мозг его, да и в целом весь он, под контролем. Странно, но он больше не чувствовал страха перед Магом. Гигантское лицо, казалось, источало доверие и доброту. Маленькая часть мозга Найла изумлялась этому преобразованию, была в сомнениях. Но остальная часть его — включая его сознание — чувствовала себя ясно и твердо, как кремень. Эта часть личности Найла, очевидно, стала марионеткой Мага и лишилась собственной силы воли. Было от чего прийти в ужас.
Тем временем Маг приступил к расспросам:
— Кто обучил тебя ментальным перемещениям?
— Симеон.
— Кто это — Симеон?
— Доктор из города жуков-бомбардиров.
Параллельно Маг исследовал и мысли Найла.
— Кто рассказал тебе, как найти путь в Страну Теней?
— Тролли.
На мгновение, крошечная независимая часть сознания Найла испугалась, что он фактически предаёт троллей. Но, что он мог сделать, он в полной власти Мага, и чувство страха исчезло не возникнув, таким образом Найл не раскрыл себя.
Находясь в ментальном контакте, Найл также ощущал мысли и чувства Мага. Наиболее сильным из них было чувство удовлетворения: ощущение удовольствия от того, что Найл попал в его руки так легко, благодаря его гениальности. Подобно флегматичному Тифону, Найл мог бы стать хорошим исполнителем его воли.
Самого Найла встревожили подобные перспективы. Хотя он чувствовал себя как бы под покровительством существа, намерения которого в отношении него были доброжелательны и дружественны. Сопротивление, казалось, глупостью.
Маг сказал:
— Еще вопрос. Ты действительно избранник богини?
— Да.
Ответ можно было не проговаривать, как только Найл воспринимал суть вопроса тут же его сознание выдавало ответ, доступный Магу. Он медленно кивнул.