— Пожалуйста, Джаред, — хнычу я.
— Нет, пока я не скажу, детка.
Предупреждение твердое, и мне нравится, когда он строго говорит со мной.
Он останавливается, стягивает с себя джинсы и боксеры. Я уверена, что сейчас он будет претендовать на меня, но вместо этого устраивается лицом к моей попке. Грубо ласкает мои ягодицы и широко их раздвигает.
— Вот эта маленькая тугая дырочка, которая сводит меня с ума. Я не стану сегодня брать тебя там, детка, но тебя будут трахать в попку часто. Каждый раз, когда буду видеть покачивание бедер. Бедра, которые так и просятся, чтобы я раздвинул их и зарылся языком в твое сладкое местечко. — Он поглаживает его, и я выгибаюсь под ним. — Но, по-моему, я обещал тебе порку киски.
— О, — стону я, не уверенная в том, как отношусь к предстоящей порке. Ремнем.
Но, конечно, Джаред знает, как это сделать. Он постукивает кожаным ремнем между моими ногами, а затем делает легкий взмах.
Это восхитительно.
— Еще.
— Жадина.
Он хлещет меня снова. И снова.
Я стону и извиваюсь, двигая бедрами, пытаясь получить удовлетворение. Джаред останавливается и поглаживает мою щель пальцами.
— Держу пари, ты изголодалась по моему члену.
— Да, папочка.
— Хорошая девочка. Мне нравится, когда ты называешь меня папочкой.
Джаред меняет положение, и я слышу треск фольги, говорящий, что он надевает презерватив. Затем оказывается между моих ног. Там, где он был мне нужен с того момента, как мы приехали ко мне домой.
Он дразнит меня, потирая головкой мои соки, но не входит.
— Пожалуйста.
Он стонет и осторожно входит.
— Детка, я не буду нежным. Я пытался смириться, что больше никогда не смогу обладать тобой, а теперь, когда ты подо мной…
Он отстраняется и входит в меня. Если бы я не была крепко привязана к кровати, то полетела бы вперед.
Прекрасное ощущение поддержки, как будто мои путы созданы для того, чтобы сделать процесс более приятным для меня, а не для того, чтобы держать меня в плену.
Джаред ставит руки рядом со мной на кровати и с силой входит в меня. Каждый толчок приносит больше удовольствия, чем следующий, пока я не превратилась в стонущую, отчаявшуюся женщину. Сильнее, еще, быстрее. Благодаря моим сокам я становлюсь такой скользкой, что он легко входит в меня, несмотря на то, что секс грубый и жесткий.
Я впиваюсь ногтями в покрывало, уверенная, что не могу ждать больше ни секунды.
Джаред входит глубже и рычит.
— Сейчас, ангел!
Тело откликается быстрее, чем мозг успевает обработать команду. Сжимаю его член внутренними мышцами, и по всему телу разливается удовольствие. Джаред выходит раньше, чем я успеваю кончить, но потом на смену члену приходят пальцы, а он впивается зубами в мою левую ягодицу.
Я кусаю покрывало, чтобы не закричать. Не буду врать — мне больно. Но траханье пальцами и мой завершающий оргазм придают боли сексуальную остроту, которая заставляет воспринимать ее скорее как эротическое возбуждение, чем как боль.
Джаред разжимает свою хватку и начинает зализывать укус.
Лоно сжимается вокруг его пальцев с последним оргазмом.
Джаред покрывает поцелуями мою спину до самой шеи.
— Ты в порядке, детка?
— Да. Все отлично. — Я не хочу, чтобы он волновался. — Теперь я твоя?
— Ты моя. — В его голосе звучит гордость, от которой у меня голова идет кругом от счастья. Он развязывает узлы на колготках и освобождает меня, а потом я лежу у него на коленях с прохладной мочалкой, прижатой к ране.
Его глаза ясного зеленого цвета — желтый цвет полностью исчез, а зорким и внимательным взглядом он изучает мое лицо, наблюдая за мной.
Моя голова плывет. Ощущение не неприятное — скорее похоже на то, что я слишком много выпила.
— Я чувствую себя немного странно, — признаюсь.
Джаред гладит мою щеку тыльной стороной пальцев.
— На моих зубах есть специальная сыворотка, которая вводится в твою кожу — она немного одурманивает тебя. Скоро должно пройти, — хмуро говорит он.
— Все в порядке. Мне нравится. Но я от этого возбуждаюсь. Можно ли снова заняться сексом?
Джаред
Всю ночь я удовлетворяю потребности моей девочки языком. К утру раны закрываются настолько, что я позволяю ей скакать на члене, положив руки на ее бедра, чтобы помочь.
Она не может насытиться.
Даже после третьего оргазма после пробуждения у нее остекленевшие глаза нимфоманки. Я бы позвонил Трею, чтобы спросить, нормально ли такое возбуждение для человека, когда на него заявляют права, но решил, что с этой проблемой справлюсь сам.