— Я получил его от Филана, благодаря его забывчивости. Брайди взяла с него обещание, что он передаст письмо после шести. Если цитировать Филана, Брайди сказала так: «Дело чрезвычайной важности. Передай это «Ему» лично, и никому другому». Так он сказал, правда, потом спохватился: «Эх, она же просила меня продержать письмо до шести!» Но было уже половина пятого. Теперь-то вы понимаете, почему так важно поспеть к шести? Загляните в расписание рейсов — оно лежит в бардачке.
Кейт открыла расписание — шестичасовой рейс из Корка в Лондон был отчеркнут красным.
Кейт вопросительно посмотрела на Конора:
— Вы считаете, Брайди заказала билет именно на этот рейс, раз просила Филана передать письмо после шести?
— Да, если она действительно взяла грузовик тогда, когда сказал Филан, то это единственный рейс, на который она могла успеть.
Кейт посмотрела на часы:
— Значит, мы успеваем. А если так, то…
Конор кивнул:
— Вот именно. Если она вернется домой до приезда профессора, он так ничего и не узнает.
Кейт была благодарна ему за эти слова, внезапно почувствовав, что ее отношение к нему смягчилось. До сих пор они только и делали, что пререкались и спорили, и Кейт считала, что никогда не сможет относиться к нему так, как Брайди. Но теперь… Теперь она уже сомневалась. Она мысленно перебирала эпитеты, которыми награждала его прежде: самонадеянный, деспотичный, занудливый… Теперь она вдруг поняла, что ни один из них ему не подходит. Кейт допускала, что ее могли тронуть его участие в судьбе Брайди и та забота, с какой он старался оградить профессора от волнений. И все же она чувствовала, что внутренне переменилась к нему и дело тут было не в благодарности. Впервые за все время они были на одной стороне.
— Если нам удастся скрыть это от отца, будем считать, что нам повезло хотя бы в этом, — согласилась она.
— Думаю, не только в этом, — заметил Конор. — Благодаря путанику Филану нам повезет и в другом. Поплюйте три раза через плечо, и будем надеяться, что мы успеем к шести и даже раньше.
Но радоваться, судя по всему, было рано. Первая неувязка возникла на полпути к Корку, возле Коонк-лара, — там сегодня был рыночный день. Торговля закончилась, и все окрестные дороги были запружены скотом и фургонами с лошадьми, так что Конору пришлось проделать порядочный крюк. Потом вынужден был выбирать между дальним объездом и наиболее коротким путем, пролегавшим через железнодорожное полотно. Конор выбрал последнее и просчитался. Шлагбаум опустился перед самым лобовым стеклом, и им пришлось чуть ли не целую вечность пережидать длиннющий товарняк.
— О нет, только не это!.. — Еще у Коонклара Кейт поняла, что лучше не смотреть на часы, и теперь пребывала почти в панике.
Конор проследил за ее взглядом.
— Спокойно, — сказал он и, выйдя из машины, направился к шлагбаумной будке. Он о чем-то бурно беседовал со смотрителем, потом передал ему деньги и вернулся к машине. — Наш друг говорит, что стрелочники ушли попить чаю, но если у меня времени в обрез, он согласен сбегать за ними. На него здорово подействовало, когда я сказал, что прихожусь родственником начальнику управления грузоперевозок и что у меня есть друзья в нижней палате парламента.
Кейт усмехнулась:
— Вы и в самом деле состоите в родстве с начальником управления грузоперевозок?
— Ну… в какой-то степени. В конце концов, если хорошенько покопаться в далеком прошлом, то разве все мы не родственники? — Конор достал сигареты и своей мощной ладонью придержал дрожащие пальцы Кейт, когда она прикуривала от его зажигалки. — Если вылет немного задержат, мы успеваем, — успокоил он ее и, поскольку товарный состав наконец прошел, невозмутимо откинувшись на спинку сиденья, спокойно прибавил: — На вашем месте я пользовался бы паяльной лампой. Так легче сдирать старую краску.
— Паяльной лампой?! — У Кейт даже дыхание перехватило, но уже через мгновение она поняла, зачем он так небрежно сменил тему. Доброта и забота, с какими он старался отвлечь ее от волнений, оказались чудесным лекарством для ее натянутых как струна нервов. Кейт вдруг поняла, что ошибалась в своих чувствах к этому человеку и что Брайди была права… Наконец Кейт обрела дар речи:
— У нас нет паяльной лампы, а если бы и была, то я не умею ею пользоваться.
Он счел эти слова отговоркой.
— Ничего подобного. У Брайди есть. Я сам учил ее, как ею пользоваться. Кроме того, у меня тоже есть одна. Она сейчас лежит без дела, и я мог бы одолжить ее вам на время.
Они посмотрели друг другу в глаза и… улыбнулись.