Выбрать главу

   - Дю Валли,- едко заметил он,- одна из знатнейших фамилий нашего королевства, а чем можете похвастаться вы, рыцарь?

   - Карел Збирайда - представитель знатнейшего моравского рода Збирайдов,- поспешно вступил в разговор кардинал Бурбонский,- его отец - крестный графини де ла Верда! Но его положение младшего сына незавидно, поэтому, если вы отдадите за него девицу, рыцарь станет вашим преданнейшим вассалом, возродив род дю Валлей.

   - Вы родственники? - удивился король, глядя на графа.

   Дон Мигель согласно поклонился, прижав руку к сердцу и напряженно соображая, за что так благоволит земляку жены кардинал Бурбонский.

   - Удалив на время из страны мадемуазель в такое захолустье, как Моравия,- вступил в игру и он, молниеносно просчитав все выгоды подобного окончания скандальной истории, - мой шурин действительно спасет род дю Валлей от бесчестия!

   Королю не понравилось, что за него решают такие серьезные вопросы, и кандидатура предполагаемого жениха не пришлась по душе.

   - Я подумаю над вашим предложением,- сухо ответил он, смерив Карела пристальным и подозрительным взглядом,- подумаю...

   Так закончилось это скандальное дело, стоившее графу де ла Верда карьеры. Неизвестно, с кем ещё советовался Людовик по этому вопросу, но неожиданно, спустя три дня, он дал разрешение на брак Карелу Збирайде, чем удивил даже того самого. В глубине души моравский авантюрист уже и не надеялся на столь благоприятный исход дела, но... ему элементарно повезло! И вечером пятого дня в часовне аббатства Виктория Карел Збирайда, обвенчавшись на девице Бланке дю Валль, принял на себя особым указом короля титул графа дю Валль. Это была неслыханная удача для младшего сына моравского барона, если бы не ложка дегтя в виде пока ещё плоского живота супруги.

   Новобрачные отправлялись на родину жениха из парижского отеля графа де ла Верды. После достаточно вялых поздравлений новоявленной четы, женщин отправили спать и мужчины остались за столом одни. И вот тогда дон Мигель счел нужным дать шурину совет:

   - Двигайтесь в Моравию вместе с его преосвященством через Трир. Посетите замок фон Валленберга и представьте мадам Елене и барону свою жену.

   Щеки Карела вспыхнули нервными пятнами. Неужели граф догадался, что без его участия в этом деле не обошлось? Но дон Мигель, оказывается, имел в виду кое-что другое.

   - Даже если ваша супруга не признает насильника, вы все равно вправе потребовать от фон Валленберга возмещения за причиненный ущерб!

   Вот как бывает - подобный исход дела не приходил Карелу в голову, но мысль о солидной добавке к приданому вдобавок к ублюдку в чреве супруги показалась ему вполне справедливой.

   - Вы думаете это проделки фон Валленберга? - осторожно спросил он.

   - Увы,- вздохнул епископ,- отпали последние сомнения, когда девицы описали развратника! Вот какой опасный еретик проживает в нашем епископстве! Но ничего, Бог все видит, и богохульник не избежит Геены огненной!

   - Сколько сыновей у барона?- задумался граф,- двоих ему родила моя жена. А ещё есть?

   Епископ негодующе пожал плечами.

   - Разве у них хоть что-нибудь поймешь? Кажется, есть! Наследником уже объявлен очередной Гуго, а кто его мать, неизвестно! У рода фон Валленбергов свои кутюмы, позволяющие наследовать ублюдкам!

   - Он достаточно молод, чтобы иметь и ещё детей, - гнул свое де ла Верда, - и представьте, какие проблемы начнутся, когда эта волчья стая вырастет?!

   - Вы правы, сын мой!- вздохнул прелат.- Нам остается только уповать на милость Божью!

   - Господь милостив, ваше преосвященство,- заметил дон Мигель,- в наш несчастный век, на погрязший в скверне и грехах люд обрушивается то чума, то оспа, то холера! Обрушится возмездие и на Копфлебенц.

   Прелат и граф обменялись красноречивыми взглядами, и это не прошло мимо внимания Гачека. Да, достаточно подло было со стороны фон Валленберга так подставить де ла Верду, но, с другой стороны, это была месть за издевательство над любимой женщиной, которую жестокий граф заставил выдержать смертельное испытание. И что же теперь - обречь на мучительную смерть, от какой-нибудь заразы густо заселенный, ни в чем не повинными людьми замок? Это было уже чересчур!

   Выбрав удобный момент, когда хозяева и гости расходились по спальням, он отозвал в сторону Карела для разговора по душам.

   - Это - не наше дело,- нехотя возразил тот, услышав соображения земляка, - да и не может быть, чтобы они замыслили такое коварство!

   - Возможно, я ошибаюсь, - не стал отрицать Гачек,- но в таком деле лучше перестраховаться. У церковников настолько своеобразная логика, что нам, простым смертным, её не понять!