Выбрать главу

— Постой-постой, это который мент? — перебил меня Женя.

— Да есть тут одно такое чучело, — охотно отозвался я. — Некто Шумилкин, его величество сержант.

— Ага, — коротко кивнул мой собеседник и щелкнул пальцами, как бы делая себе пометку. — Давай дальше.

— Ну вот, дышу я воздухом, звездами любуюсь, от ближайшей свалки воняет омерзительно — и вдруг крик! Детский. Со стороны стройки. Ну, думаю, что за дела? Разворачиваюсь на девяносто градусов — и туда. Время-то отнюдь не детское, да и место такое… малорасполагающее. Прибегаю. Вижу — некий хмырь тащит куда-то мальчишку. Маленького, как мне показалось, лет восемь-девять. Тот, разумеется, вопит благим матом. Картина совершенно понятная, да и разговоры по городу давно уже ходят — там мальчик пропал, здесь не вернулся… Вроде как монстр завелся… В народе его, кстати, так и прозвали — Железнозубый. По характерному оскалу. Может, кто из детишек вывернулся и приятелем рассказал?

В общем, надо чего-то делать, а я же ничего не умею, ты не смотри, что я большой и тяжелый. Спортом никогда толком не занимался, да и от армии откосил в свое время. Сейчас-то понимаю: сразу нужно было хватать ребенка и валить оттуда, а я зачем-то разговор сперва затеял. Так он пацаном прикрылся и на ноже держал. Туда бы спецназовца… а я… Ну а дальше толком и не помню. Как-то само все получилось. Сцепились. Главное, пацан ускакал, а мы — с переменным успехом. Под конец я ему нос чуть не отгрыз, а дальше уже люди подоспели. Я так и не понял, кто, откуда… На омоновцев вроде не похожи… Но растащили нас, Железнозубого, вроде, ногами обрабатывали… А дальше ничего не помню, все оборвалось.

— Ну что ж, — кивнул Женя. — Вполне адекватно. А вот скажи, зачем ты туда полез? В смысле, на урода этого?

— То есть как зачем? — у меня вполне искренно отвисла челюсть.

— Сам посуди, — Женя прищелкнул пальцами, — ты же рисковал, и круто рисковал. Железнозубый этот, кстати, когда-то как раз спецназовцом в свое время и служил. И замочить тебя мог с высокой вероятностью. И ты, думаю, хотя бы частично это просек. Он же тебе, наверное, отвалить предлагал?

— Ну, — согласился я. — Предлагал. А как ты это, Женя, представляешь — оставить ему ребенка на растерзание? А жить потом как? И зачем?

— Все с тобой ясно, Константин Антоныч, — подытожил Женя. — Ты не удивляйся, я, можно сказать, прикололся. Ну, интересно мне было, как ты сам сформулируешь.

— Приколист из тебя… — проворчал я, комкая край одеяла. — Ты лучше скажи, чем дальше кончилось. Взяли Железнозубого?

— Да куда ж оно с подводной лодки денется? — недоуменно протянул Женя. — Оно сидит сейчас. Точнее, по полу ползает. В боксе номер семнадцать.

Теперь уже сомнений у меня не оставалось. Никакой мент или капээнщик в такие откровенности не пустился б. Кстати, откуда ему известно мое «легендарное» отчество? Я же пока не назвал.

— Да, а самое главное! — обеспокоился я. — С пацаном-то все в порядке?

— А-а-а! — в голос захохотал Женя, — чего этому чертенку сделается… Севка! — крикнул он в мелкую черную кругляшку, более всего похожую на мыльницу, — Подь сюды!

А я и не заметил, откуда он мобильник извлек. Хотя на мобильник не слишком похоже. Или у них тут спецмодели какие-то?

Дверь распахнулась, и в комнату влетел мой давний знакомец, Севка.

Только теперь его было не узнать. Румяный, тщательно отмытый, в такой же, как у Жени, ультрамариновой футболке и наглаженных шортиках. И даже вполне причесанный…

— Здорово, дядь Жень, здорово, дядь Кость! — завопил он с порога. — А я в «Контре» только что по третьему разу всех тероров завалил! — сообщил он, поблескивая шкодливыми глазенками. — Между прочим, ты так не умеешь. — А как ваша нога, дядь Кость? — повернулся мальчишка ко мне. — Вы не бойтесь, у нас тут знаете какие хорошие доктора! Они вас быстро починят!

Ну что ж, и этого следовало ожидать. Все укладывается в то, что доводилось мне слышать.

— Скажи-ка мне, Севка, одну лишь вещь, — я попытался изобразить максимально строгий, скрипучий тон. — Какова площадь прямоугольника со сторонами 2/3 и 3/4 метра?

— Половина квадратного метра, — не моргнув глазом, выдал пацан. — А что?

— Просто, помнится, в подвале ты и таблицы умножения не знал. А тут такой прогресс. Это на тебя так санобработка повлияла?

— А то ж! — прыснул Женя. — Мы с него грязь напильником отдирали. С крупной насечкой.

— И ничего не напильником! — обиделся Севка. — А всего лишь мочалкой. Колючей… — честно добавил он, помолчав.

Что ж, настало время расстановки последних точек.