Склизкие тела изгибались, когда черви проникали в вентиляционную систему.
— Всего доброго, магесса Лоур… Как всегда, вы очень мне помогли. Не знаю, как бы я справился без вашей помощи.
— Обязательно приходите на следующей неделе. И не забывайте пить настой, который я вам дала.
— До свидания…
Женщина-медиум закрывает дверь, потом долго смотрит в узкую щель на удаляющуюся спину дворфа. Почему-то она тоже чувствует себя скверно. Наверное, скоро пойдет дождь.
— Смотри, Сэм. Червей больше нет.
— А ты что, думал, они тут будут тебя ждать?
— Нет, я знаю. Когда в здании заводятся черви, они ползают в одном месте туда-сюда.
— Да брось.
Вентиляционная решетка оказалась закрытой.
Черви тыкались в нее круглыми блестящими головами, но не могли сдвинуть с места. У них были большие черные пятна в том месте, где должны находиться глаза. Но это была только раскраска, призванная отпугивать хищников. Настоящие глаза у червей были маленькие, сухие и постоянно двигающиеся.
Они следили за тем, как Сейра Лоур закрывает дверь и возвращается к своему столу.
— Думаешь, акрополь все еще охраняется?
— Уверен, что нет, Френки.
Франсуаз пробиралась сквозь кусты, ломая ветки. Я направился к широкой прореши, надвое перерезавшей полосу проволочного забора.
— Если ищешь памятники истории, — сказал я, — пройдись лучше по улицам городка. Местные уже все растаскали. Им осталось только распилить ограждения.
— Думала, здесь интереснее.
— Я предупреждал.
На ходу Сейра Лоур поворачивала головой, чтобы размять мышцы шеи. Эльфийка остановилась перед висевшим на стене дипломом. «Магесса Белого квадрата. Медиум и парапсихолог».
Боль не проходила, напротив, она становилась все сильнее. Сейра дотронулась пальцами до головы и начала массировать кожу.
Черви не могли сдвинуть вентиляционную решетку. Они наблюдали, как женщина медленно ходит по комнате, и знали, что она чувствует их.
Надо было проникнуть внутрь.
Первый из червей воткнул круглую голову в отверстие между прутьями решетки. Ему пришлось сильно вытянуться в длину, покрытые склизким жиром бока скользили по металлу.
Трое остальных червей смотрели на магессу. Они тоже чувствовали — чувствовали того, кто жил в ней.
Сейра Лоур опустилась за стол, закрыв глаза и откинув голову. Ей было необходимо посидеть немного — одной, в пустом офисе, когда последние люди давно покинули высотное здание.
Сейре требовались тишина, покой и нейтральная аура.
В этот день она почему-то быстро устала.
Крупный, ярко-розовый червяк высунулся из вентиляционного отверстия почти наполовину — его ложноножки перебирали над лицом девушки.
— Не пытайся, Френки, наверняка эта дверь заперта.
Франсуаз подошла к высокой металлической панели.
Проржавевшая надпись гласила: «Не входить».
— Ты так думаешь? — спросила она.
Девушка отступила на шаг и с размаху ударила в дверь ногой. Петли глухо скрипнули, дверь медленно начала отходить назад.
— Для меня открыто, — бросила Франсуаз.
Червяк покачивался из стороны в сторону.
Его толстое, покрытое слизью тело почти полностью выползло из вентиляционной решетки. С каждым новым рывком он выбирался все дальше и дальше.
Три круглые головы, с блестящими черными ложноглазами, высовывались из отверстий по разные стороны от него.
Сейра Лоур открыла рот — ей надо было глубоко вздохнуть.
— Осторожно, Майкл, не упади. Ой.
Девушка громко вскрикнула, и я услышал, как подо мной что-то гулко зазвенело.
— Ты в порядке? — осведомился я, вступая на металлическую лестницу.
— Кажется, я стерла какую-то руну.
— Будем надеяться, что ты не превратишься в гаргулью.
Червяк упал.
Сейра Лоур вздрогнула, когда что-то холодное и живое коснулось ее лица. Хвост червяка свесился в открытый рот Сейры, маленькие ложноножки быстро перебирали по щеке.
Женщина попыталась встать.
Трое других червяков раскачивались в отверстиях решетки над головой магессы.
— Ничего не видно.
Франсуаз проводила по стенам помещения узким лучом, вырывающимся из фонарика-карандаша.
— Здесь и не на что смотреть, Френки.
— Нет, пойдем вперед.
Черви в коконе стали двигаться быстрее.
Они бились и дергали жирными хвостами, а крупные куски высохшей паутины отваливались и падали на покрытый пылью бетонный пол.