— Откуда у вас такие подробные сведения? — усомнился Григулевич.
Сикейрос расплылся в улыбке:
— До прибытия Троцкого в Мексику я был не раз на этой вилле. А что касается охраны, то недавно мне рассказывал о ней брат жены. Он, как и я, тоже художник, и в числе других компаньеро занимался оформительскими работами в особняке Диего Риверы.
— О! Это уже интересно! — воскликнул Иосиф. — И как давно он там работал?
— В прошлом году.
— А не мог бы он по вашей рекомендации встретиться со мной и помочь мне в выяснении некоторых вопросов по вилле? Кстати, он — надежный человек?
На лице Сикейроса заиграла затаенная улыбка:
— Узнаю прежнего, испанского Хосе Окампо, — всегда цепкого, ловкого и схватывающего все на лету. Но давай все же покончим со всеми вопросами, касающимися виллы в Койоакане, потом уже поговорим о подборе кандидатур для проведения самой операции.
Григулевич кивнул.
— Нам хотелось бы выяснить прежде всего уязвимые точки в обеспечении безопасности койоаканского затворника и получить план расположения его спальни и рабочего кабинета.
— Вот это уже конкретика, — с удовлетворением отметил Сикейрос.
— А между прочим, вы так и не ответили на мой вопрос, касающийся брата вашей жены. Не могли бы вы все же назвать его имя и фамилию?
— Его зовут Леопольдо Арреналь. Когда мы с тобой воевали в Испании, он в то время занимался оформительскими работами Синей комнаты Диего Риверы. Думаю, что Леопольдо будет полезен в плане получения необходимой тебе информации.
— А вы уверены, что он захочет мне помочь? И вообще, я уже спрашивал вас, можно ли доверять ему так же, как вам?
Давид Сикейрос засмеялся:
— Я ручаюсь за него. Можешь встретиться с ним, сославшись на меня.
— Спасибо! Но было бы лучше, если бы вы сами намекнули ему, что с ним хотел бы встретиться Мануэль Бруксбанк. Не ошибитесь только с моей фамилией и именем, не называйте ему прежнее имя Хосе Окампо. И если можно, дайте мне его домашний телефон…
— Он сам найдет тебя в отеле. Я скажу ему об этом.
— Очень хорошо. А как насчет еще нескольких человек, которых можно было бы использовать в подготовке и проведении планируемой операции.
— Пожалуйста, записывай… Значит, так… Леопольдо Арреналь — раз. Его брат Луис — два. Твой бывший подчиненный в бою под Мадридом и мой хороший ученик по живописи Антонио Пухоль — три. Капитан республиканской армии в Испании Нестор Санчес Эрнандес — четыре. Он сейчас здесь, в Мехико. Майор той же армии Давид Серрано Андонеги — пять. Марио Эррера Васкес — шесть…
Григулевич, вскинув голову, спросил:
— Не помню Васкеса… Кто он такой?
— Это электрик из моей мастерской. Ты его не знаешь, но я за него ручаюсь… Так, кого бы еще назвать. — Сикейрос, сделав паузу, начал вспоминать, потом, взмахнув рукой, воскликнул: — Чуть не забыл твоего тезку Мануэля дель Вильяра Серко! Помнишь этого чилийца? Он тоже был в Испании…
— Да, хорошо помню. До невозможности был смелый человек! Итак он у нас седьмой по счету. Есть еще кто-то?
— А как же! Скрытный и благородный аргентинец Хосе Сааведра — восемь. Мануэль Родригес Бруксбанк — девять и я — Давид Альфаро Сикейрос — десятый. Хорошая компания, не правда ли?! Все, кроме братьев Арреналей и Марио Васкеса участвовали в гражданской войне в Испании.
— Но этого количества, однако, недостаточно… Надо еще столько же боевиков, не посвящая их в суть предстоящей операции. У нас найдутся другие кандидатуры?
— Найдутся. Дай мне какое-то время подумать, кого можно еще привлечь к этому делу.
— Хорошо, компаньеро Сикейрос. Теперь скажите, когда вы можете сообщить о них?
Давид Альфаро недовольно поморщился, но мягко и вежливо ответил:
— Подходи ко мне в мастерскую в это же время через пару дней. Нс раньше.
Григулевич кивнул и тут же попрощался с Сикейросом:
— Адиос. Фуэнте овехуна![13]
После встречи с Давидом Сикейросом Григулевич сам выехал в район Койоакана. Два часа он изучал расположение, подходы и подъезды к вилле Диего Риверы, у которого проживал изгнанник из России. Срисовав все, что можно было, Иосиф вернулся в отель. В тот же вечер его навестил посланный Сикейросом художник Леопольдо Арреналь. Он подтвердил, что не раз ему приходилось бывать на вилле Риверы, и по просьбе Иосифа тут же нарисовал схему расположения охраны по всему периметру виллы с показом контрольных вышек и помещений внутри особняка.