Выбрать главу

«Интересно, а Иво тоже будет против этого?» – подумал омега, смывая румяна и тональник. И вот он снова был всё тем же простым пареньком восемнадцати лет, в котором от голубой крови были только тёмные брови.

Вернулся юноша чуть более неуверенным в себе, чем раньше. А что, если супруг увидит его таким, в натуральном виде, и разочаруется?

Но тот только, на удивление, нежно улыбнулся новоявленному мужу.

Алексо сел рядом, подгибая под себя ноги и закутываясь в одеяло. Почему-то в нём он чувствовал себя спокойнее, будто был в большей безопасности.

– Теперь… время первой брачной ночи? – робко спросил он, стесняясь поднять глаза на мужчину. Паренёк искренне боялся лишиться девственности, потому что знал от омег постарше, что это очень больно. Да и Алек до сих пор абсолютно не был уверен, что супруг будет с ним в этот момент нежен.

– Только если ты сам этого хочешь, Алексо. Не думаешь же ты, что я буду тебя насиловать, в самом деле. Если ты пока не готов к такому шагу, я всё понимаю. Мы просто отложим это, а сейчас можем поговорить о чём-нибудь или просто лечь спать.

Конечно, они могли бы так и сделать, но омега прекрасно знал, что так не положено, что это неправильно, что в первую брачную ночь обязательно должен быть… секс.

– Я готов. Правда, у меня раньше никогда ничего ни с кем не было, поэтому я бы хотел попросить тебя быть понежнее…

Последние слова он произнёс совсем тихо, что сам еле услышал их. Но мужчина кивнул в ответ, и юноша поднялся, неохотно отпуская одеяло и наконец осмеливаясь посмотреть на мужчину.

Алексо только сейчас отметил про себя, что мужчина не был обделён определённым обаянием. Его нельзя было назвать типично красивым, но он был очень ухоженным и подтянутым для своих лет человеком. Паренёк видел на светских вечерах много альф того же возраста, которые выглядели на порядок хуже, видимо, считая, что за имеющиеся у них деньги им простят любую неопрятность и запущенность их внешнего вида. И общество, что удивительно, и вправду прощало.

А этот человек был совсем другим. Он в корне отличался от тех грубых, самодовольных мужчин, какие часто гостили в доме семьи Алексо. Друзья или коллеги отца.

Если Иво окажется на самом деле таким, какого весь сегодняшний день из себя изображал, то омеге, похоже, очень повезло. Парень слышал очень много историй про такие вот браки по расчёту, где было насилие, измены, искренняя ненависть супругов друг к другу, потому что авторитетные родители просто вынудили их быть вместе.

Из всех этих мыслей юношу вывело прикосновение альфы. Он прошёлся кончиками пальцев по руке паренька, после берясь за неё и притягивая Алека к себе. Юноша поколебался немного, но всё же скованно опустился на чужие колени.

– Не бойся, я правда буду нежен, я же обещал тебе.

Омега почувствовал, как тёплая ладонь оглаживает его спину и разминает напряжённые плечи.

Паренёк неловко взял свободную руку альфы в свои.

– Только я совсем ничего не умею в этом плане, – тихонько начал он. – Но я научусь! Я способный! – Алексо за свою недолгую жизнь железно усвоил, что главное – быть хорошим и покорным супругом, чтобы муж был тобой всегда доволен. Но у паренька далеко не всегда получалось быть таким даже для отца, что уж говорить об Иво? Поэтому омега очень сильно переживал. Не хотелось бы ему начинать семейную жизнь с того, что он разочарует альфу.

– Мы ведь не спортом занимаемся. Тут не надо пытаться «быстрее, выше, сильнее». Тут надо просто получать удовольствие. А опыт придёт со временем, – он погладил юношу по волосам, заправляя светлые пряди за уши. – Я же не жду, что ты мне в восемнадцать лет будешь демонстрировать что-то невероятное. Просто доверься мне, а я буду тебе помогать. Хорошо?

Алек слабо кивнул, чуть улыбнувшись. Он впервые за последнее время чувствовал, что находится в добрых руках. Очень хотелось им довериться и отдаться. Но травмирующий опыт с отцом не давал избавиться от гложущей мысли, что это всё абсолютно показное, что через некоторое время эта вся деланная любовь и доброта лопнет, как мыльный пузырь.

Иво приобнял юношу за поясницу и приблизился, проводя кончиком языка по тонкой линии губ омеги, проникая между ними глубже, обводя язык. Рука скользнула по бедру к резинке колготок, начиная аккуратно их стягивать, чтобы не порвать.

Алек задрожал.

Ему вдруг стало очень страшно и противно. Он совершенно не хотел становиться сейчас взрослым, не хотел терять девственность с этим человеком. Юноша отчего-то почувствовал себя очень дорогой проституткой, которую богатый дяденька снял на длительный срок, чтобы просто поиграться с молодым телом.