Ари подскочила ко мне, обняла и попыталась заглянуть в глаза, спрашивая:
— Да ты что, Лида? Что случилось? Тебе плохо? Больно? Почему ты плачешь?
Я услышала панические нотки в ее голосе и замотала головой, пытаясь показать, что все нормально. Из горла ни словечка не выдавливалось.
— Ты так расстроилась из-за моих родителей? — продолжила спрашивать Ари. — Не нужно, ты что, столько лет прошло. Ну перестань, — вдруг добавила она со слезами в голосе, — а то я сейчас тоже расплачусь.
И она все-таки разревелась, а я обняла ее, пытаясь утешить в ответ. Так мы и сидели на гладком полу, вцепившись друг в друга и выплескивая боль. Одну на двоих.
Когда слезы кончились и мы смогли говорить, Ари снова спросила:
— Так все-таки почему ты плакала?
Я посмотрела на ее красное распухшее лицо, в покрасневшие глаза и соврала:
— Вспомнила о родителях, и накатило. Прости меня.
— Ты не виновата, — сказала Ари, опустив взгляд. Потеребила ленту на платье и добавила: — Я не показывала этого брату. Но мне кажется… кажется, что они уже не найдутся.
После этих слов ее губы задрожали, будто она снова собирается расплакаться.
— Ари, — позвала я и коснулась ее руки, — в вашем мире есть волшебство. Давай будем верить в чудо?
Она сжала мою руку и улыбнулась сквозь слезы.
— Давай.
Я тоже улыбнулась и пожала ее руку, будто закрепляя соглашение. Какая она все-таки хорошая и милая. И ей совсем не идут слёзы.
— Пойдем? — встала я и потянула ее за собой. — Нас ждет Морковка.
Глава 21 Что задумала Ари?
Мы проходили мимо большого зеркала в коридоре, когда Ари ахнула, подбежала к нему и схватилась за щеки.
— Лида, какой ужас. Ты только погляди, как я выгляжу! — и она обернулась, предлагая рассмотреть ее подробнее. — Какая Морковка? Да нам к конюшне нельзя подходить, иначе распугаем всех лошадей. Пойдем быстрее в мою комнату.
И она повела меня к себе, рассуждая по пути, какое платье могла бы мне подобрать. Как хорошо, что она еще не совсем повзрослела и быстро отходит. Вот уже и на платья отвлеклась. Слушая ее, я улыбалась. Было так тепло.
В комнате мы пробыли долго. Сначала умывались холодной водой, потом просто разговаривали. Ари попросила служанку принести мороженое — оказывается, оно и в этом мире было, чему я ужасно обрадовалась. Потом Ари зарылась в гардероб, пытаясь найти хоть что-то нужной длины, а спустя минут десять вынырнула с виноватым видом.
— Ничего нет? — спросила я, не сильно расстроившись. — Не страшно, пойду в этом.
— Есть одно… — как-то неуверенно протянула Ари. — Но для него нужен корсет, а мой тебе не подойдет.
Она вытянула из-за спины серебристое платье из легкой переливающейся ткани с отделкой из кружев. Оно выглядело роскошно, и я стала отказываться, но Ари уже опять тянула меня по коридору, только к моей комнате, и говорила:
— Оно тебе чудесно подойдет, я вижу. А у меня глазомер отличный, все-таки я пространственный маг как-никак! И не отказывайся сразу. Сейчас мы отнесем его к тебе в комнату, а завтра наденешь в город. Не пойдешь же ты в этом платье, оно уже грязное, а после конюшни на него страшно будет смотреть, — и она кивнула на подол, который действительно запылился.
Я оставила платье в шкафу, решив разобраться с ним завтра, и мы все-таки добрались до Морковки. Эта хитрая кобылка косила на меня глазом и пыталась куснуть за палец. Озорная, вся в хозяйку. Яблочко был смирным, позволил подойти к нему поближе, а еще доверчиво ел с рук.
Уже стемнело, когда мы, веселые, входили в дом. Ари действовала на меня так, что я тоже чувствовала себя совсем девчонкой. Шумно ворвались в гостиную и увидели Саара. Тот сидел в кресле, подперев подбородок рукой, и о чем-то думал. Ари вопросительно посмотрела на него, а он сокрушенно помотал головой. Тогда она подошла к демону и, так же ничего не говоря, наклонилась к креслу и обняла его. Я не поняла смысла пантомимы, но брат с сестрой, видимо, могли общаться и без слов.
За ужином я наконец вспомнила вчерашнее происшествие на балконе. За день эмоции от него поутихли, но щеки все равно алели от смущения. Еще некомфортней становилось, когда я ловила взгляд Саара, направленный на меня. Он сразу отворачивался, и я не могла понять, что кроется за этими взглядами.
Подготовиться ко сну мне в этот раз помогала служанка. Та же, что утром застегивала бесконечные крючки на платье. Понежившись в ванне, я рухнула на кровать обессиленная. Этот день оказался богат на впечатления. Хотя в этом мире каждый день не давал заскучать. У себя дома я крутилась по привычному, годами установленному кругу: дом, учеба, подработка, редкие встречи с друзьями. Здесь же сюрпризы поджидали на каждом шагу, мир увлекал своей неизведанностью. А еще Саар… Что же все-таки означают его взгляды за ужином?