Дорога заняла немногим больше часа. На пороге дома их уже ждали Нина и Семён Аркадьевич, которые поздравили Машу с выздоровлением. Пройдя в гостиную, Маша успела заметить Павла и его жену Веру, которых она видела уже, как раз на том злополучном ужине, на котором присутствовал Андрей. К слову, Андрей тоже был здесь. Ника, с которой он приехал, завидев Машу нагло подошла к нему и уселась на колени, обвивая руками шею.
Маша криво усмехнулась. Она понимала, что это всё показуха, что Ника таким образом «метит территорию», но несмотря на это, сердце неприятно заныло.
Стас не ожидал такого скопления народа, поэтому выглядел немного растерянным, но заметив взгляд Андрея, направленный на Машу, он поспешил увести девушку в комнату… Свою…
Маша удивленно покосилась на него, но ничего не сказала, лишь крепче сжала руку мужчины, безропотно принимая его решение. Хотя… Зачем кому-то врать, и врать самой себе? Девушка ещё в больнице задумывалась о таком развитии их отношений. Более того, она была бы очень рада, если бы они отбросила в сторону свои страхи и попытались жить с чистого листа.
— Я подумал, что тебе будет неприятно вернуться в ту комнату. — тихо сказал Стас, прижимая Машу к себе и целуя в макушку.
— Ты правильно подумал! — улыбнулась она, выворачиваясь из его рук. — А нам обязательно присутствовать в гостиной? Я немного устала и хотела бы отдохнуть!
— Можешь закрыть дверь на замок и сюда никто не попадёт! — улыбнулся Стас. — Выспишься, отдохнёшь, а я пока разгоню всю эту братию, столпившуюся в моём доме.
Маша упрямо замотала головой и жестом приказав оставаться на месте, повернула ключ в двери, отгораживая их двоих от остального мира. Стас удивлённо смотрел на решительность девушки, чувствуя прилив возбуждения, сжигающего изнутри.
— Я хочу… — начала Маша, немного смутившись и покраснев. — Я хочу, чтобы ты остался со мной!
Она неуверенно подошла к Стасу и положила руки ему на грудь, легко, совсем невесомо вырисовывая какие-то, одной ей понятные, узоры. Дважды повторять не потребовалось…
Стас молча подхватил её на руки и отнёс в кровать. Он еле сдерживал себя, когда, боясь причинить боль девушке, аккуратно снимал с неё одежду. Маша, тем временем, дрожащими непослушными, словно деревянными руками расстегивала пуговицы на его рубашке.
Мысли и воспоминания навязчиво стучались в её голову, но она решительно отгородилась от них. Сейчас она «ломала» себя. Зная, что от жестокого Андрея, причинившего много боли и страданий, её отделяет лишь стена, она твёрдо решила поставить точку, доказать самой себе, что муж больше не имеет на неё никакого влияния. Что ей плевать! И она счастлива с другим мужчиной. Страстным, но нежным…
Наконец, на неё снизошло прозрение. Нежность — вот чего ей не хватало всё это время! Ласка, которая заставляла учащённо биться сердце. Страсть, которая рушила все внутренние противоречия, освещала единственный верный путь. Любовь, которая позволяла раствориться, превратиться в невесомость, в вечность…
Стас осторожно, боясь причинить боль хрупкому, любимому существу, самоотверженно выгибающемуся в его руках, прикасался губами к её коже, спускался ниже, пробуя на вкус её желание. Он хотел её до боли в паху, но в тоже время хотел продлить наслаждение.
Маша запустила пальчики в его волосы, нежно царапая кожу ногтями, отчего Стас потерял остатки мыслей, доверив тело и разум первобытным инстинктам. Остатки одежды полетели на пол, а вслед за ними отправились и подушки. Бледная кожа девушки выделялась на фоне чёрных шёлковых простыней, отчего захватывало дыхание.
Не думая ни о чём, он прижался к её губам в страстном поцелуе и рывком вошёл в неё, чувствуя, как Маша напряглась. Это немного охладило Стаса и он, отстранившись, внимательно посмотрел ей в глаза. Девушка капризно сморщила носик и недвусмысленно пошевелила бёдрами, призывая продолжить прерванный акт.
Сходя с ума от стонов, которые постепенно перерастали в крик, Стас продолжал движения, чувствуя, что плавно подбирается к разрядке. Через несколько минут, Маша выгнулась дугой и всхлипнула, от накрывшей её волны оргазма. А следом за ней подоспел и Стас…
***
Андрей грубо оттолкнул от себя Нику, продолжающую упорно лезть на колени и встал, взлохматив волосы рукой. Только глухой, слепой и тупой мог не догадаться, что между Машей и Стасом что-то происходило. Она слишком доверчиво жалась к нему, когда они появились в гостиной. А он слишком собственнически увёл её куда-то за собой…