Когда все вышли из-за скалы, то по имевшейся разметке заметили расстояние, на которое улетело ядро. Повторив эту операцию еще несколько раз, мы добились нужного расстояния. В конечном итоге, заряд получился практически в два раза больше номинального для того же калибра. Ну и ладно. Технологию получения пороха со временем отработают, качество улучшится. А пока и так сойдет — в Атакаме селитры много… После этого все пушки зарядили двойным зарядом и начали испытания. Для этого сделали еще по десятку выстрелов, после каждого осматривая состояние пушек. После третьего выстрела мимо просвистела какая-то железяка — ясно, одной пушкой стало меньше. В конечном итоге, из десяти в нормальном состоянии остались лишь шесть — остальные разорвало. В одной из них, как выяснилось, оказалась нарушена соосность канала и тела ствола, в связи с чем толщина стенок в разных местах оказалась различной. В трех других в металле оказались пустотные полости. По всей видимости, что-то не так получилось при отливке. Точно тут не скажешь… Ну да и ничего. Отработают технологию — и будет все нормально…
Кроме того, я решил, что раз первый эксперимент удался — пора теперь начинать все делать “по науке”. Отлитые сейчас пушки представляли из себя достаточно тяжелые и неудобные для транспортировки конструкции — как-никак отлиты были с большим запасом прочности. Но применение таких в реальных боевых действиях в местных условиях будет достаточно неудобным делом. Для того ж, чтобы окончательно определиться с “техническими характеристиками” нужного ствола, я заказал изготовить несколько пушек с постепенно утолщающимися к казеннику сквозными стволами и клиновидным затвором.
Вызвав отливавших пушки мастеров, сообщил, что в качестве награды разрешаю им взять себе по второй жене, чем они остались явно довольны. Как-никак — статусный элемент. Можно будет потом хвалиться перед друзьями-знакомыми — не каждый удостаивается такой чести. Под конец же намекнул, что если они смогут наладить производство пушек в большом количестве — то вполне могут стать и “инками по привилегии”. При этом сообщил им и о новом заказе, по исполнению которого они должны будут приняться за работу по массовому отливу орудий для армии. Оставалось надеяться, что металл местный достаточно высокого качества и в конечном итоге я смогу получить пушки с приемлемыми массогабаритными характеристиками. В крайнем случае, придется пока переходить на более малый калибр, чего очень бы не хотелось… Впрочем, не буду загадывать — испытания покажут. Взглянув напоследок на их лица, я понял, что теперь они готовы день не есть, ночь не спать — только выполнить поручение. Ну и отлично.
Когда вернулся в Куско, химики с нескрываемой радостью сообщили, что бертолетова соль получена. А, значит, до создания капсюлей остался один шаг. Стекло (точнее, его вулканическая разновидность), сера и камедь — вещи распространенные и хорошо известные. Получившийся состав, конечно, далеко не лучший, но на первых порах сойдет и он.
(Тауантинсуйу, Куско. Январь 1528 года)
Закончив с порохом и капсюлями, я вызвал местных амаута и принялся расспрашивать их о известных водопадах на Апуримаке, которых оказалось не так уж и мало. А их расположение мне показывали на макетах местности — индейском аналоге карт. В конечном итоге, из нескольких десятков предложенных вариантов я отобрал всего пять, наиболее подходящих по всем моими требованиям. Оставалось лишь побывать на месте и выбрать наиболее подходящий. Решив так, я приказал немедленно начать подготовку к “путешествию” в те места. Благо, было не так уж далеко — всего километров 160–200 от Куско. Это не Маркона ж какая-нибудь или инкская Амазония, куда переться надо целый месяц… Тут можно добраться чуть больше, чем за неделю.
Пока ж шли приготовления к очередному моему отбытию из столицы, я решил сделать еще несколько дел. И первым делом решил пообщаться с местными “профессиональными торговцами” из племени чинна.[31] Когда это племя добровольно вошло в состав Тауантинсуйу, то было определено, что принадлежащие ему торговцы фактически пойдут на государственную службу, осуществляя внешнюю торговлю. Изначально основным их пунктом назначения был Эквадор. Туда они плавали на больших плотах под парусом и меняли свой товар на нужный Тауантинсуйу — прежде всего, вылавливаемые местными племенами морские раковины, использующиеся как в декоративных, так и в ритуальных целях. Однако это было не единственной целью их деятельности. Торговцы-чинна торговали также с племенами джунглей и даже совершали дальние морские походы, достигая земель Центральной Америки, торгуя с племенами майя, а также выступали в роли шпионов Тауантинсуйу, от которых правители узнавали, что вообще творится в мире. Что мне и было нужно.
31
Торговцы из племени чинна в Тауантинсуйу занимались внешней торговлей, являясь фактически монополистами в этом деле. Скорее всего, подобный статус их был определен еще при вхождении племени чинна добровольном) в состав Тауантинсуйу и по своему положению приравнивались к госслужащим (камайокам) высших катгорий. Они вели торговлю как с племенами, живущими в южноамериканскитх джунглях, и Эквадором до его завоевания), так и совершали достаточно дальние плавания, достигая, в том числе, земель майя в Центральной Америке. Кроме торговцев из племени чинна, на севере страны в Эквадоре) существовали и торговцы-миндала, но инки активно боролись с их деятельностью. Ко времени прихода испанцев они оставались практически лишь в завоеванной инками территолрии южной Колумбии. На остальнойц же территории Тауантинсуйу существовал лишь натуральный обмен товар на товар или товар на услугу, но и он играл лишь второстепенную роль. В основе ж всего находился принцип централизованного перераспределения ресурсов между различными общинами, зачастую имеющими достаточно узкую специализацию деятельности — производства одного-двух видов сельскохозяйственных культур, ловля рыбы, ремесленничество и т. д. Система эта фактически выросла из существовавшей на территории Перу с древности когда имелась аналогичная система специализации и распределения ресурсов, но тогдав это происходило в масштабах небольшого числа общин, живущих на ограниченной территории одной — нескольких близлежащих долин. Инки ж вывели ее на более высокий, государственный уровень.