— Ну почему сразу мафия? По-моему, в России в восьмидесятые годы и понятия-то такого не было. Там могло быть что-нибудь другое. И потом, даже мафия не стала бы добивать женщину-калеку, от которой никому никакого вреда, если только она не была свидетелем преступления… Я вот что сделаю. Приедем домой, залезу в Интернет и подниму подшивки газет, выходивших в Тольятти в феврале восемьдесят седьмого года. Там обязательно что-нибудь будет об этом взрыве.
— Слушай, ну ты иной раз как выдашь что-нибудь, хоть стой, хоть падай. — Женька резко перевернулась с живота на спину, совершенно позабыв о том, что застежка на верхней части купальника у нее была расстегнута, и тут же услышала восхищенный свист шагавшего к воде симпатичного, дочерна загоревшего парня. Она принялась неловко натягивать чашечки лифчика на оголенную грудь. Света так резво рванулась на помощь сестре, пытаясь застегнуть тугие крючки, что уронила при этом собственный лифчик. В конце концов, справившись с непослушной одеждой, обе, смущенно посмеиваясь, полезли в воду.
— А что такого я сказала? — спросила маленькая курортница, отплывая с мелководья.
— Ничего умного. В те годы еще не существовало Интернета. Возможно, компьютерного набора газет и того не было. Кто ж тебе станет сейчас перепечатывать тысячи номеров старых газет и вносить их тексты в электронный архив!
— Действительно, — согласилась Светка, осознав свой промах, — но можно в библиотеке подшивки полистать!
— Это опять-таки надо лететь в Тольятти! Во имя чего? Чтобы прочесть заметку в три строки о том, что такого-то числа в городе прогремел взрыв, в результате которого пострадала молодая женщина, причины неизвестны, преступники не пойманы, ведется следствие?
Светлана молча уплывала от несущихся ей вслед справедливых замечаний сестры. Она не сомневалась, что придумает какой-нибудь ловкий ход и все равно проникнет в тайну прошлого. Не зря же судьба сама вела их по следу, буквально натолкнув на нужный дом в Тихорецке, причем в тот самый момент, когда они уже отчаялись его найти и собирались ретироваться.
Чтобы не тратиться на обед в кафе, девочки накупили на рынке овощей, домашней колбасы, творога и сметаны, разложили все припасы на столике во дворе и спокойно перекусили, пользуясь тем, что шумные соседи разбрелись кто куда. Когда прикинули, вышло, что продуктов они набрали на сумму, позволяющую дважды пообедать шашлыками. Особенно поразили цены на фрукты. Сестрам почему-то казалось, что на юге они должны стоить буквально копейки.
Евгению клонило в сон, но заснуть в их крошечной комнатке, наполненной горячим полуденным воздухом, не представлялось возможным. Здесь и ночью-то было безумно душно. Светлана все предлагала поискать жилье поприличнее, а лучше снять номер в гостинице. Но старшей сестре не хотелось снова складывать вещи и куда-то перебираться, а еще было жаль денег, выплаченных за три дня вперед, ибо на меньшее хозяйка категорически не соглашалась, аргументируя тем, что если будет сдавать жилье посуточно, то стирка белья влетит ей в копеечку.
И девушки снова пошли к морю, прихватив с собой целлофановый пакетик с ароматными персиками. Последние оказались одним из немногих видов фруктов, выращенных на кубанской земле, ибо большинство других плодов, к удивлению Смирновых, имели греческое или турецкое происхождение. Впрочем, это было не единственное из неподтвердившихся стереотипных представлений о курорте. Ожидания, что на каждом шагу к ним будут приставать горячие кавказские парни, а также всякого рода одинокие отдыхающие и командировочные, пытаясь уж если не похитить, то немедленно затащить в ресторан или в ближайшие кусты, не оправдались. Не то чтобы их совсем уж не замечали, но особого усердия в завоевании сердец юных красавиц и мест в их постелях никто не проявлял.
Девчонки провалялись на берегу до самого вечера, пока пляжная полоса не покрылась тенью близлежащей горы и не обезлюдела. Курортники один за другим уходили готовиться к ночи, в которой сну отводилось самое незначительное место. Им предстояли неторопливые прогулки и безудержные застолья, пьянящие танцы и трепетные объятия — неотъемлемые развлечения южного города, собирающего ежегодно миллионы любителей удовольствий, среди которых само море — далеко не самое важное.
Сестры Смирновы сидели за столиком на вымощенной новенькой разноцветной плиткой набережной и пили разливное пиво из поллитровых кружек.