Поэтому я быстро сказал:
- Да ладно, мы будем внимательно следить за этой комнатой и, если в ней есть призрак, то очень скоро об этом узнаем. Я-то сейчас больше всего думаю о разговоре отца со Степановым и обо всем, с этим связанном.
Ванька понемногу остывал.
- Да, разговорчик был ещё тот! - согласился он. - Прямо не знаю, что меня больше напугало, призрак или весь этот треп про поджог и прочее. По-твоему, могут найтись такие, кто всерьез попробуют поджечь наш дом?
- Не думаю, что это серьезно, - ответил я. - Ты ведь слышал все, что отец сказал Степанову. Отец все уладил как надо. Если народ лишится лодок он этих Чумовых на части разорвет, и даже Чумовы должны это понимать. Нет, если б опасность была действительно реальной, отец не отказался бы так с ходу от предложения Степанова. Вопрос в том, почему Степанов так настойчиво лез с этим предложением - и почему отец так настойчиво отказывался принять его хотя бы ради того, чтобы Степанова ублажить и утихомирить.
- Отец не хотел, чтобы в нашем доме ошивались незнакомые люди, сказал Ванька.
- И это тоже, - согласился я. Я сел на стол, небрежно покачивая ногой в воздухе и небрежно сложив руки на груди, на манер Шерлока Холмса. - Мы вполне можем предположить, что, навязываясь со своим предложением охранять нас, Степанов рассчитывал на большее, нежели он признавал на словах, и отец отлично это понял. Он не хотел предоставлять Степанову шанс что-то сделать. Что-то очень важное для Степанова, потому что отец пошел на то, на что обычно не идет: он разрешил Степанову поохотиться в заповеднике, не давая отцу отчета, сколько и каких зверей будет застрелено. То есть, Степанов может устроить своим гостям даже охоту на кабана, хотя в это время года охота на кабанов в заповеднике ещё не дозволяется. Разумеется, Степанов не станет этим злоупотреблять, чтобы не испортить отношений с отцом. Убьют не больше одного-двух кабанов, одного двух лосей и дюжины зайцев. И все равно... Отец словно считал необходимым погладить нашего гангстера по шерстке, после того, как отказался принять его помощь. Так сказать, отец уплатил выкуп в виде двух-трех диких зверей, чтобы Степанов ему больше не докучал. Мы знаем, как строго отец следит за соблюдением правил охоты в заповеднике, мы знаем, что он не боится никаких мафиози и никакого начальства - наоборот, это они боятся его! Попробуй у него кто важничать и считать, что правила заповедника не про него писаны... - я пожал плечами. Вот и пораскинь мозгами, почему сегодня отец отступил от своих принципов?
- По-моему... - Ванька задумался. - Ну, отец ведь не мог просто сказать Степанову, чтобы тот проваливал. Степанов приехал, желая помочь, и взять да послать его куда подальше, это не годилось. Но отец ведь понимал, что, когда мордовороты Степанова схватят поджигателя - если к нам полезет поджигатель - то они его просто убьют, их ничто не остановит, а отец, естественно, не хотел хоть как-то спутываться с убийством. Вот он и схитрил - отделался от помощи Степанова так, чтобы Степанов не обиделся и не превратился из друга во врага. И тут нельзя было обойтись без игры в "ты мне, я - тебе". Вот так.
- Я тут вижу ещё одно, - сказал я. - Почему Степанов так рвался в первую очередь пристроить головорезов в наши подвалы? За сегодня он уже третий человек, который интересуется нашими подвалами!
- Ага! - сразу ухватил Ванька. - Конечно! По-твоему, Степанов тоже узнал о подвалах нечто необычное? И все разговоры, что он хочет нас охранять, были предлогом, были... - он на секунду задумался, ища подходящее слово. - этаким сюсюканьем, чтобы мы лишний раз поверили, какой он хороший и пустили его в подвалы на два-три дня?
Я кивнул.
- Как в сказке: "Козлятушки, ребятушки, отворитеся, отопритеся..." Во всяком случае, так это выглядит. Слишком много людей разом заинтересовались нашими подвалами, и мне не верится, что это чистое совпадение.
- Но ведь это значит, что, наверно, в наших подвалах спрятано что-то очень ценное! - воскликнул мой брат.
- Я к этому и веду, - сообщил я. - И, я так понимаю, отец тоже что-то про это узнал, то ли от отца Василия, то ли от Пижона. По крайней мере, кто-то из них непроизвольно подкинул отцу какую-то очень красноречивую подсказку, которая требует тщательной проверки. И отец твердо решил, что ни один посторонний не войдет в подвалы, пока он сам не разберется в происходящем и не узнает окончательно всю правду! То есть, пока не найдет в подвалах то, за чем сейчас гонится куча народу, или не убедится, что все это - глупая ошибка и ничего ценного в подвалах нет! Вот почему он хитрил со Степановым! И ему надо было предложить Степанову взамен что-то очень мощное, просто убойное, чтобы Степанов на время и думать забыл о подвалах, придя в восторг от отцовского подарка. Ведь теперь он сможет хвастать, что отец ему единственному разрешил охотиться в заповеднике без лицензии на отстрел животных - а значит, все ещё раз убедятся, что Степанов самый могучий и уважаемый человек в наших краях, особый человек, к которому даже лесник относится по-особому... И отцу надо было сделать этот подарок так, чтобы Степанов не заподозрил, что отец подозревает его в том, что он заподозрил о подвалах то же самое, что уже заподозрил отец... - я осекся. Так сказать, безнадежно запутался во всех этих подозрениях, которые взял и наворотил в одной фразе. Опять собравшись с мыслями, я продолжил. - Вопрос в том, откуда Степанов что-то узнал? Вполне очевидно, он знает очень немного, иначе бы он так наехал на нас с предложением своей "помощи", что отцу и всем нам пришлось бы туговато. Но ведь это бы означало испортить отношения с отцом, с которым лучше отношения не портить никому, даже Степанову. Степанов, конечно, рискнул бы наехать, если бы был твердо уверен, что в подвалах его ждет какое-то сокровище, но рисковать ради журавля в небе, который к тому же может оказаться не журавлем, а воздушным замком... Он навестил нас, чтобы прощупать отца: вдруг отцу тоже что-то известно о странных движениях вокруг подвалов? И отец просто здорово напустил ему пыли в глаза... Но это подводит нас ко второму вопросу: откуда и сколько известно самому отцу? Что ты об этом думаешь?
- Я думаю, что для меня все это становится слишком сложным! - заявил мой братец. - Все эти твои выкладки, схемы, "если так, то так, а если не так, то так"... Знаешь, может быть, я бы понял все намного лучше, если бы мы записали все на бумаге. Давай составим список наших вопросов или что-нибудь такое. Честное слово, мозги от этого только проветрятся!