Выбрать главу

ЯЗЫЧЕСКИЕ ТАИНСТВА

В греческих трагедиях хор раскрывает судьбу главных героев, перед началом представления. Порой бывает легче понять путь, если уже известно место назначения и рельеф преодолеваемой местности. Следовательно, перед погружением глубже в детали, мы хотели бы повторить наш процесс открытия и так представить краткий обзор книги.

Мы разделяли одержимость миром мистицизма всю нашу жизнь, который в последнее время привёл нас к изучению духовности в древнем мире. Привычное понимание неизбежно намного отстаёт от передовых научных исследований и, как и большинство людей, мы изначально имели неточные и устаревшие представления о язычестве. Нас учили видеть его как суеверную культуру, потакающую идолопоклонству и кровавым жертвам, и безстрастных философов, носящих тоги и слепо спотыкающихся об то, что мы сегодня называем "наукой". Мы были знакомы с различными греческими мифами, которые показывали пристрастный и капризный характер олимпийских богов и богинь. В целом, язычество казалось примитивным и принципиально чуждым. После многих лет исследований, впрочем, наше понимание изменилось.

Языческая духовность была на самом деле утончённым произведением высокоразвитой культуры. Государственные религии, такие как греческий культ Олимпийских богов, были немного больше чем наружная помпезность и церемонии. Истинная духовность народа выражалась через яркие и мистические "религии таинств". Изначально как катакомбные и еретические движения, эти таинства распространялись и процветали по всёму древнему Средиземноморью, вдохновляя величайшие умы языческого мира, которые относились к ним как истинному началу цивилизации.

Каждая мистическая традиция имела общедоступные внешние таинства, состоящие из общеизвестных мифов, и ритуалов, которые были открыты всем желающим принять участие. Были также и эзотерические сокровенные таинства, которые были священным секретом, известным только тем, кто прошёл мощный процесс посвящения. Посвящённые в сокровенные таинства имели мистическое понимание смысла ритуалов и мифов внешних таинств, открытых им, процесс, вызывающий преображение личности и просветление духа.

Философы древнего мира были духовными учителями сокровенных таинств. Они были мистиками и чудотворцами, более сравнимые с индуистскими гуру, чем с пыльными академиками. Великого греческого философа Пифагора, например, помнят сегодня за его математические теоремы, но мало кто представляют его тем, кем он был на самом деле - пламенеющим мудрецом, который, как полагали, был в состоянии чудесным образом успокоить ветра и воскресить умершего.

В основе таинств были мифы, касающиеся умирающего и воскресающего богочеловека, который был известен под многими разными именами. В Египте это был Осирис, в Греции Дионис, в Азии малый Аттис, Адонис в Сирии, в Италии Вакх, в Персии Митра.3. По существу все эти боголюди являются одним и тем же мифическим существом. Так как эта практика была уже с третьего века до нашей эры,4, в этой книге мы будем использовать совмещённое имя "Осирис-Дионис", чтобы обозначить его всеобщую и составную природу, и его отдельные имена, обращаясь к определенной тайной традиции.

С пятого века до н.э. такие философы, как Ксенофан и Эмпедокл, высмеивали принятие истории богов и богинь в буквальном смысле. Они рассматривали их как иносказания о духовном опыте человека. Поэтому мифы об Осирисе-Дионисе не следует понимать как просто занимательные рассказы, а как символический язык, который зашифровывает мистические учения сокровенных таинств. По этой причине, хотя частности со временем развивались и приспосабливались, миф об Осирисе-Дионисе оставался по существу тем же самым.

Всевозможные мифы различных боголюдей таинств роднит то, что великий мифолог Джозеф Кэмпбелл называет "единой анатомией". В то время как каждый человек физически неповторим, тем не менее, можно говорить об общей анатомии человеческого тела; так и с этими различными мифами можно увидеть как их единственность в своём роде, так и фундаментальную одинаковость. Полезным сравнением может быть родство между Ромео и Джульеттой Шекспира и Вестсайдской историей Бернштайна. Одно является английской трагедией 16-го века о богатых итальянских семьях, в то время как другое является американским мюзиклом 20-го века об уличных бандах. На вскидку они выглядят весьма по-разному, тем не менее, они по сути одна и та же история. Точно так же предания, рассказываемые о боголюдях языческих таинств, по существу одни и те же, хотя и принимают различные формы.