— Тогда мы что-нибудь придумаем. Должна же быть какая-нибудь возможность. Мы обязательно с ним встретимся.
Кристин посмотрела на салфетку, которую комкала на коленях.
— Неужели тебе ни разу не приходила в голову мысль, что он не захочет тебя увидеть?
— Да. — Джил посмотрела на мать с вызовом. — Если не захочет, я не поеду.
— Тебе будет очень обидно. Я не хочу этого, Джил. Я всю жизнь пыталась оградить тебя от неприятностей. Тебе не нужен Брант. Поверь мне. У тебя и без него есть все, что надо для счастья.
— Но он мой отец.
— Биологический. И это единственное, что тебя с ним связывает.
— Может быть, он хороший человек.
— Вероятно. Но у него своя жизнь, впрочем, как и у тебя.
— Я не буду вмешиваться в его жизнь. Я просто хочу его увидеть.
Кристин думала о таком варианте развития событий, но старалась гнать от себя подобные мысли. Но, столкнувшись лицом к лицу с этой проблемой, она не знала, что дальше делать. Крис казалось, будто ее предали, хотя она прекрасно понимала, что нет.
— Почему именно сейчас? — спросила Крис.
— Я уже говорила тебе об этом.
Вдруг Крис посетило неприятное открытие.
— Это как-то связано с Гидеоном, не так ли?
— При чем здесь Гидеон?
— Он единственный мужчина, которым я всерьез увлеклась. В последнее время ты так часто с ним общаешься. Ты думаешь, что он займет место твоего отца? — Крис знала это. Черт подери, она чувствовала, что обязательно что-нибудь случится. — Я права, не так ли?
— Мне нравится Гидеон. Мне приятно находиться в его компании.
— Но он невольно заставляет тебя думать о своем отце?
Крис все поняла. Она резко встала из-за стола и принялась мерить шагами комнату.
— Я же говорила ему, что все развивается слишком быстро. Я просила его сбавить обороты. А он? Он же сам знает, как будет лучше.
— Мам…
— Большой знаток совать нос в чужие дела.
— Мам. — Джил заерзала в кресле. — Гидеон здесь ни при чем, — сказала она, когда Крис обратила на нее внимание. — Мне он нравится. К тому же он любит тебя, а ты его.
— Нет.
— Нет любишь. Я наблюдаю это каждый вечер. Твои чувства написаны у тебя на лице, когда ты разговариваешь с ним по телефону. Я думаю, что это прекрасно. Было бы здорово, если бы вы поженились. У нас бы наконец появилась полноценная семья. Мой родной отец лишил меня этого. Я не хочу иметь с ним никаких дел. Просто встречусь с этим человеком и узнаю, кто он есть на самом деле. Это поможет мне лучше разобраться в себе. Только после этого я смогу принять Гидеона как своего отца.
Кристин потребовалось несколько лет, чтобы осознать себя в роли матери и развить материнский инстинкт. В первый раз это случилось, когда она подарила дочери пупса, очень похожего на настоящего малыша. Во второй раз это произошло, когда Джил впервые отправилась в школу на автобусе и махала ей из окна. А когда девочка участвовала в школьной постановке «Белоснежки и семи гномов», то Крис испытала такую гордость за свою дочь, что не смогла сдержать эмоций. Пытаясь справиться со слезами, она обняла дочь и сказала, что та была просто великолепна.
— Я люблю тебя, мама. Я всегда буду любить тебя. Не думаю, что смогу когда-либо испытать подобные чувства к своему отцу, но я все равно хочу его увидеть.
Успокоившись, Крис села обратно в кресло. Она старалась думать трезво и хотела того же самого от дочери.
— Я действительно знаю о Бранте очень мало. А что, если у него есть другие дети? Что ты будешь чувствовать в таком случае?
— Все нормально, мам.
— А если он лысый и толстый?
— Разве не ты всегда говорила мне, что не надо судить о книге по ее обложке?
— Но это твой отец. Ты могла нафантазировать себе, что он святой.
— Если бы он был таковым, то находился бы сейчас здесь, с нами. В конце концов, он бы тогда сам попытался меня найти, а не наоборот. — Джил глубоко вздохнула, словно тяжелый груз раздумий, так долго мучивший ее, наконец, упал с плеч. — Мам, я не ищу того, кто мог бы тебя заменить. Я просто хочу встретиться с моим отцом. Когда я познакомлюсь с ним, увижу, как он живет, а он узнает обо мне, только тогда я со спокойной душой смогу дальше жить.
Джил все правильно сказала. Ее доводы были взвешенными, обдуманными и по-настоящему взрослыми. Крис это понимала, но одно осознание этого было небольшим утешением от страха, который так долго не давал ей покоя. Женщина чувствовала, что отношения между ней и дочерью перестают быть такими близкими. Связано это не с отсутствием взаимопонимания, а с взрослением Джил. Крис знала, что этот момент неизбежен, но до сих пор не была к нему готова.