– Открой же, черт возьми, дверь, Люц! – заорал он что было мочи. – Все равно я никуда отсюда не уйду, пока не увижу тебя!
Над дверью моргнула диафрагма глазка видеосенсора. Повернувшись в гнезде, объектив чуть искоса взглянул на визитера.
– Вот он я! – Блум сделал шаг назад и широким жестом раскинул руки в стороны. – Весь!
– Блум? – раздался из динамика под глазком озадаченный голос Шейлиса. – Стили Блум?
– Да, Стили Блум! Можно подумать, что ты знаешь какого-нибудь другого Блума! – Блум опустил руки, мило улыбнулся глазку и с разбега засадил ногой по двери. – Открывай же, черт возьми, Люц! – снова заорал он. – Открывай, или я вышибу эту чертову дверь!
Дверь содрогнулась от нового удара, нанесенного по ней каблуком Блума.
– Сейчас, секундочку, подожди, Блум, – всполошенно затараторил Шейлис.
За дверью послышалась суетливая возня.
Блум устало привалился к двери плечом и медленно, сквозь сложенные трубочкой губы, выдул из легких воздух, не успевший вырваться с криком.
– Ну, что там у тебя? – спросил он, слегка стукнув по двери кулаком.
– Да замок… – ответил из-за двери раздраженный голос Шейлиса. – Заел… Чтоб его…
– Когда ты открывал его в последний раз? – усмехнулся Блум. – Наверное, забыл, как это делается?
Дверь неожиданно распахнулась, и Блум, потеряв опору, едва не упал. Сделав несколько торопливых шагов, он ввалился в квартиру, едва не сбив с ног хозяина.
– Да что с тобой? – испуганно отшатнулся в сторону Шейлис.
Физиономия Блума расплылась в наиглупейшей самодовольной улыбке. Он все-таки добился того, что хотел!
– Привет, Люц! – радостно произнес Блум.
– Ну и видок у тебя, – разглядывая Блума, пробормотал в ответ Шейлис. – Где отыскал такой наряд?
– Не наряд, а костюм отважного путешественника и воина, – с некоторой обидой, но все же одновременно и с гордостью, поправил друга Блум. – А если хочешь покритиковать мой костюм, то для начала сам оденься надлежащим образом. В нижнем белье гостей не встречают.
Шейлис что-то смущенно пробормотал и схватился рукой за ворот майки, на котором у него был закреплен имитатор. Он переключил его несколько раз, выбирая подходящую позицию. Сначала он облачился в темно-синий смокинг, с отливающими серебром отворотами, затем быстро сменил его на голубой медицинский халат и наконец остановился на мягких вельветовых брюках и домашней курточке из темно-коричневого плюша.
– Это все из-за тебя, – оправдываясь, произнес Шейлис, обращаясь при этом куда-то в пустоту за спиной Блума. – Ты так неожиданно появился…
Блум глупо хохотнул, вспомнив подходящую к данному случаю пословицу из словаря, который он недавно листал. Но цитировать её не стал. И без того у Люциуса был вид, словно его среди ночи выволокли из постели, накинули полусонному на голову мешок, окунули в ледяную воду, а после всего этого заставили бодрым голосом читать стихи о любви к родине.
– Так и останемся стоять в прихожей или все же пригласишь меня пройти в комнату? – как можно непринужденнее спросил Блум.
– Да-да, конечно! – засуетился Шейлис, вспомнив, что он, все же, здесь хозяин. – Конечно, проходи!
– А где Лиза? – светским тоном осведомился Блум.
– В клубе с подружками, – Шейлис кивнул в сторону закрытой двери напротив той, куда он вел Блума.
Войдя в небольшую комнату, добрую половину которой занимали пульт и экран инфора, Блум остановился на пороге и неприязненно поморщился.
Выключи это, – он сделал брезгливый жест рукой в сторону горящего экрана.
– Это глупо, Блум, – попытался образумить друга Шейлис.
Он вновь почувствовал себя врачом и, окунувшись в привычную атмосферу, ощутил прилив уверенности.
– Совершенно с тобой согласен, – кивнул Блум. – Я знаю, что у инфора имеется в запасе еще, как минимум, десяток других средств подслушивания и подсматривания. Но, если ты выключишь этот нахально глазеющий на меня экран, я буду чувствовать себя спокойнее, – Блум мило улыбнулся, склонив голову к плечу. – И как гость, и как пациент. В каком качестве я тебя больше устраиваю?
Шейлис тяжело вздохнул и безнадежно покачал головой.
– Пациентов я на дому не принимаю, – с показным недовольством проворчал он и, стукнув пальцем по выключателю, заставил экран погаснуть.
– Огромное тебе спасибо! – демонстрируя переполняющие его чувства, Блум приложил обе ладони к груди.
– Огромное тебе пожалуйста, – язвительно отозвался Шейлис, в точности повторив его жест. – Садись. Если тебя больше ничто не смущает.
Кресло в комнате было только одно. Шейлис вышел и принес себе стул. Заодно он прикатил и сервировочный столик с бутербродами и чаем.
– Ну, рассказывай, что там у тебя стряслось? – сказал он, усаживаясь напротив Блума. – Пожар или наводнение?
Блум непринужденно откинулся на спинку кресла и кистью руки начертил в воздухе какой-то замысловатый знак.
– Да, собственно, ничего не случилось, – самым что ни на есть объеденным тоном произнес он. – Просто вышел прогуляться.
– В каком смысле «прогуляться»? – поправив очки, переспросил Шейлис.
– В смысле подышать воздухом.
– У тебя дома не в порядке кондиционер?
– Нет, кондиционер у меня в полном порядке. Я просто решил пройтись по улице.
– Ты шел пешком?
– Да. Не спеша прогулялся, выпил кофе в очаровательном маленьком кафе и вдруг подумал, не зайти ли мне к моему другу Люцу? Должно быть, он будет рад меня видеть, решил я.
Сняв очки, Шейлис долго тер пальцами переносицу.
– Ты все врешь, – произнес он негромко, но с непоколебимой уверенностью.
– По большей части – да, – не стал спорить Блум.
– А почему?
Блум пожал плечами.
– Наверное, хочу сам себе казаться героем. Мне ведь на самом деле было жутко страшно.
– Что тебя напугало?
– Город.
– Раньше тебя пугал инфор, а теперь ещё и Город.
– Инфора я никогда не боялся. Я просто ненавижу его. А Город действительно напугал меня. Но я знаю, что этот страх создан мною самим. Моим воображением. И поэтому я могу бороться с ним.
Блум сам удивился тому, что говорил спокойно, без ставшего для него в последнее время почти привычным раздражения. Усмехнувшись, легко и непринужденно, он наклонился вперед и налил себе чаю.
– Город пугает только своей непознанностью, – сказал он.
– Так, – Шейлис встал и прошелся по комнате. Ладони он держал на уровне груди, соединив пальцы рук и чуть покачивая ими. – Идя по улице, ты видел что-то необычное, удивившее или напугавшее тебя?
– Нет. Но меня удивило то, что я никого не увидел. Ни единого человека. Правда, один раз на перекрестке мелькнула какая-то тень, но я не могу поручиться за то, что это не было всего лишь игрой моего воображения.
– А когда ты только собирался выйти из дома, тебе разве не было страшно?
– Как раз самым страшным оказалось сделать первый шаг за порог.
– Так что же все-таки заставило тебя сделать этот шаг?
– Я должен был убедиться в том, что Город существует на самом деле, а не только в сети инфора.
– Ну вот, – Шейлис улыбнулся, словно наконец-то нашел ответ сразу на все интересующие его вопросы. – Все снова свелось к инфору.
– Нет, дорогой Люц, – Блум, как пистолет, направил на друга указательный палец. – Это ты пытаешься свести все к инфору, в то время как я говорю только о Городе.
– Да неужели? – Шейлис остановился на месте и удивленно взглянул на собеседника.
Человек, сидевший в кресле, был только внешне похож на известного ему Блума. Куда девались его нервозность, неуравновешенность и неуверенность? Похоже, сейчас он сам готов был давать советы своему психокорректору.
Шейлис пока ещё не мог понять, являлось ли это признаком улучшения в состоянии психического здоровья пациента или же, наоборот, симптомом обострения невроза. Он попытался припомнить похожие случаи из своей практики, но в голове у него все путалось. Для того, чтобы прийти к правильному решению, ему необходимо было посоветоваться с инфором. Хотя бы просто сесть перед включенным экраном и положить руки на клавиши. Он так привык работать, – постоянно ощущая рядом с собой присутствие никогда не ошибающегося советчика, специалиста более высокой квалификации, нежели он сам, всегда готового подсказать либо поправить. А как иначе?..