— Кармелита! — позвала Рейчел громче.
Приложив ухо к двери, Рейчел пыталась прислушаться и понять, все ли в порядке с подругой. Музыка внизу на секунду затихла, и Рейчел услышала звон бьющегося стекла в ванной.
— Кармелита? — закричала она, встревоженная.
Она толкнула дверь, задумалась на мгновение, потом повернула круглую ручку. Хейзел в свое время вынула все замки из дверей. Частная жизнь была просто драгоценностью в этом доме.
Немного приоткрыв дверь, Рейчел снова позвала:
— Кармелита? С тобой все в порядке?
— Уходи…
— Что случилось? Ты что плачешь?
— Просто… уходи…
Рейчел распахнула дверь и увидела, что ее подруга перевесилась через раковину с куском разбитого стекла в руках.
— Нет! — прокричала Рейчел.
Тонкая струйка крови стекала по запястью.
Рейчел попыталась ухватить подругу за руку.
— Убирайся отсюда! — закричала Кармелита. В этот момент она схватилась за правое запястье и резко полоснула по нему стеклом. Рейчел снова потянулась к ней, выхватила стекло у нее из рук:
— Не смей этого делать!
Кармелита обернулась и закричала:
— Оставь меня в покое!
Рейчел на секунду посмотрела на искаженное от боли лицо подруги, та снова схватилась за осколок и занесла его над запястьем, Рейчел дернула ее, какое-то время они беззвучно боролись. Ванная была крошечная, девушки ударялись о стены и раковину. Рейчел держала Кармелиту за руки, пытаясь заставить ее выбросить осколок. Внизу валялась разбитая бутылка из-под ликера, повсюду острые осколки.
— Пожалуйста, — простонала Кармелита, — оставь меня одну.
— Я не позволю тебе это сделать. — Рейчел схватилась за окровавленную руку подруги. На секунду она расслабилась, получила сильный толчок и ударилась о стену. Но, когда-Кармелита потянулась к разбитой бутылке, Рейчел снова схватила ее. Их силы были приблизительно равны. Внезапно Кармелита сползла вниз и зарыдала.
Рейчел проводила ее до кровати и поясом от банного халата ловко перевязала ей руки. Ей было достаточно сложно сделать все аккуратно, так как подругу колотило. Она была напугана до смерти и задыхалась.
— Порезы не слишком глубокие, — смогла выдавить из себя Рейчел. — Не думаю, что ты задела артерию.
— Пожалуйста, оставь меня в покое, — простонала Кармелита. — Я не хочу жить.
Рейчел вскочила, побежала в ванную, собрала с пола все осколки и вернулась, держа в руках два полотенца — сухое и мокрое. Кармелита лежала ничком, одной рукой прикрывая лицо. Она так отчаянно рыдала, что слезы стояли и в глазах Рейчел. Вначале осторожно промыв раны на руках, Рейчел начала стирать запекшуюся кровь с лица и шеи подруги.
Она не знала, что сказать, так как была слишком потрясена и подавлена случившимся. На Кармелите была одна только комбинация, и Рейчел увидела свежие кровоподтеки и синяки от ударов.
— Кто, — промолвила она наконец, — кто это вытворял с тобой такое, Кармелита?
Не переставая плакать, Кармелита подняла руку с лица и посмотрела на потолок.
— Мануэль, — тихо произнесла она.
Рейчел была шокирована, услышав это имя:
— Мануэль? Но почему, за что?
— Он обнаружил, что у меня остаются какие-то деньги. Ну, знаешь, чаевые. Хейзел ему рассказала.
— Но это же твои деньги, Кармелита! Это же выплачивается сверх всего. Это как… как подарок от клиентов. У Мануэля нет никаких прав на эти деньги.
— Нет, есть. Мне не нужно было ничего откладывать. Он был всегда так мил со мной. Всегда давал мне деньги, когда я в них нуждалась.
Рейчел взглянула на свою подругу, ушам своим не веря:
— Это он-то был мил с тобой?!
Кармелита повернула голову на подушке, взглянула на Рейчел и мягко спросила:
— Почему ты не позволила мне этого сделать, почему ты остановила меня?
— Что за вопросы? Ты же моя подруга, Кармелита, моя единственная подруга. Я не могла тебе позволить такое.
— Я хочу умереть, — произнесла девушка, грудь ее снова начала содрогаться от рыданий. — Я больше не хочу так жить.
Рейчел попыталась выдавить из себя улыбку:
— Тебе нужно жить, Кармелита. Тебе ведь всего шестнадцать!
— Мне шестнадцать, и я проститутка! Я даже не умею ни писать, ни читать. В моей жизни нет никакого смысла. — Она отвернулась и зарылась головой в подушку.
Рейчел продолжала сидеть на краю кровати, пока ее подругу не охватила новая волна слез. Затем зазвучал отчужденный голос Кармелиты:
— Пожалуйста, позволь мне умереть. Если ты любишь меня, ты позволишь мне умереть.
Холодная боль переполняла грудь Рейчел. Ночь вдруг стала темной, пустой и страшной.
Музыка, гремевшая внизу, казалась какой-то разрушающей; слышавшийся смех — насмешками. Впервые за весь этот год Рейчел почувствовала себя маленькой, уязвимой и заброшенной; на какое-то мгновение она почувствовала то же, что чувствовала Кармелита. И подумала, что, возможно, смерть — единственный выход.
Но потом она вспомнила свой вечер вместе с Дэнни, его чудесный секрет, то, как хорошо ей было, как торопилась она домой, взбегая по ступенькам, чтобы поскорее поделиться с Кармелитой прекрасными новостями.
И внезапно душа Рейчел снова наполнилась надеждой и оптимизмом. Девушка дотронулась ладонью до руки своей подруги и прошептала:
— У тебя очень много того, ради чего стоит жить, Кармелита! На самом деле ты не хочешь умирать сейчас, вот так.
Кармелита обернулась и взглянула на Рейчел полными слез глазами:
— Кому ты говоришь это, Рейчел? Ты что, шутишь? У нас нет ничего, ради чего стоило бы жить! Никому нет до нас никакого дела! Никто о нас не заботится. У нас нет ни семьи, ни друзей. Даже для наших бойфрендов мы — просто кусок дерьма! Когда же ты поумнеешь, Рейчел? Ты думаешь, это первый раз Мануэль меня избивает? Может быть, ты думаешь, что последний?
Рейчел прикусила губу. Дэнни тоже мог слегка наподдать ей, но никогда не избивал ее так, как Мануэль избил Кармелиту.
— Послушай, — сказала она. — Сегодня ночью я обнаружила нечто потрясающее. Дэнни ходит в вечернюю школу.
— Ну и что? — Кармелита отвернулась.
— Это значит, он собирается совершенствоваться, становиться лучше. Это значит, что мы не всегда будем так жить, что у него есть мечты и амбиции. Просто нужно пережить все это, поверь мне, все утрясется!
Кармелита печально улыбнулась:
— Ты мечтательница, Рейчел. Но разве ты не знаешь, что мечты не реальность? Это совершенно разные вещи. Мечты — просто мечты и ничего больше.
— Нет, это неправда. В твоих силах превратить их в реальность! Разве ты не видишь?
— Тебе просто хочется так думать.
— Мечты могут показать тебе, кем ты можешь быть. Ты знаешь, о чем я мечтаю, Кармелита? Стать женой Дэнни, жить в красивом доме и завести детей. И ты знаешь, что это осуществится, обязательно осуществится. А о чем мечтаешь ты? Расскажи мне, пожалуйста.
— Нет.
— Расскажи мне свои мечты об офисе.
— У меня нет мечты.
— Нет, есть, и ты уже говорила об этом.
Кармелита снова посмотрела на потолок. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Тело ее продолжало содрогаться. Она снова была готова разрыдаться:
— Я представляю себя работающей в уютном офисе, — мягко проговорила она. — Ну, знаешь, как «Фелдман Реалти» или агентство путешествий «Поехали!». Как только я прохожу по улице мимо этих компаний, я всегда заглядываю внутрь и вижу девушек за столами, разговаривающих по телефону, улыбающихся клиентам или печатающих что-то. И я представляю себя… — Кармелита закрыла глаза. — Представляю себя сидящей за одним из столов. На нем стоит вазочка с гвоздиками, лежит визитка, наверное, от благодарного клиента, говорящего мне о том, насколько я помогла ему. У меня настоящая печатная машинка, знаешь, одна из тех новых, электрических, и все называют меня мисс Санчес… — Кармелита снова вздохнула.
— А во что ты одета?
— На мне что-то очень красивое и элегантное. Может быть, юбка и пиджак, костюм. И перчатки. А когда я иду по улице, мужчины не свистят мне вслед. Меня уважают… Но это всего лишь мечта.