Выбрать главу

— Не тральный ли?

— Да, он.

Рыбалко задумался. Потом сказал:

— Нашу армию доформировали. Будем участвовать в освобождении Украины. Пойдешь ко мне?

— С радостью, товарищ генерал, — ответил конструктор.

— Тогда обожди меня часок, — сказал Рыбалко и ушел обратно в Кремль.

Приняв боевое крещение летом 1942 года в тульских и калужских лесах, под Сухиничами и во время Козельской операции, 3-я танковая армия под командованием генерала Павла Семеновича Рыбалко 14 января 1943 года в составе войск Воронежского фронта начала наступление в районе северо-западнее Кантемировки. И уже через два дня, вырвавшись на оперативный простор, танки повели пехоту на окружение и уничтожение всей острогожско-россошанской группировки врага на Верхнем Дону. В этих боях танкисты Рыбалко показали доблесть и мужество.

Потом было стремительное наступление на Харьков. А в марте — отражение вражеского контрнаступления в этом районе. Немцы сосредоточили здесь превосходящие силы на узком участке и хотели взять реванш за поражение под Сталинградом.

Но ничего у них не вышло. Не смогли они осуществить этот план. Большую роль в срыве их контрнаступления сыграла 3-я танковая армия Рыбалко, которая имела смешанный состав, то есть танковые и стрелковые соединения. В ходе зимних боев армия понесла большие потери. Приказом Ставки от 26 апреля 1943 года 3-я танковая армия преобразовалась в 57-ю общевойсковую, а ее командующий генерал-лейтенант П. С. Рыбалко оказался в резерве командного состава.

Рыбалко и член Военного совета его армии генерал С. И. Мельников попросили, чтобы их вызвали в Москву для доклада, и 10 мая они прибыли сюда. В Ставке их внимательно выслушали. Они отстаивали право своей армии существовать как танковой, имеющей в своем составе лишь танковые соединения. С их мнением согласились…

С 1943 года 3-я гвардейская танковая армия стала спешно набираться сил. Со второй половины июля она начала боевые действия в составе Брянского и Центрального фронтов, громя орловско-курскую группировку врага. После Курской битвы, закончив доформирование в тульских лесах, армия Рыбалко выдвигалась из резерва Ставки в полосу действия Воронежского фронта. В этот короткий период доформирования и прибыл в начале сентября Рыбалко в Москву. «Удастся ли генералу включить в состав своей танковой армии наш полк?» — думал сейчас конструктор, провожая взглядом уходящего в Кремль Рыбалко.

Направляясь снова к кремлевским воротам, Рыбалко обдумывал, как лучше убедить представителей Ставки вверить опытный тральный полк его армии. «Будет отказ, попытаюсь обратиться к Верховному главнокомандующему», — решил он.

Генерал, находивший выход из сотен тяжелейших положений, вспомнил, как в мае отстаивал свою армию.

Да, он докладывал тогда все как было. В боях за Харьков армия понесла невосполнимые потери в людях и технике. Казалось порой, что нет человеческих сил, способных противостоять вражеской лавине огня. Но армия сохранила боеспособность и мобильность за счет некоторых танковых бригад и стрелковых соединений. И. В. Сталин поинтересовался, откуда у него люди. И тут генерал не побоялся сказать правду: бывшие пленные, окруженцы, люди с освобожденной территории. У каждого из них свои личные счеты с фашистами, они сполна испытали ужас оккупации и ненавидят врага, рвутся в бой.

Верховный главнокомандующий остался доволен его объяснением. Иначе не приказал бы тут же генералу Я. Н. Федоренко отправить технику в первую очередь в 3-ю гвардейскую танковую армию. «Танкисты и мотострелковые бригады 3-й танковой проявили в боях доблесть и мужество, — сказал он, — они вполне заслужили, чтобы армию преобразовать в гвардейскую»[11].

И на тебе, встреча с этим конструктором. Кто-кто, а он, Рыбалко, знает, что собой представляют придуманные им катки. Он лично видел их в работе на испытаниях еще год назад. Их-то и недостает его армии.

Собрав всю свою волю, решимость, он приготовился отстаивать право армии на тральный полк, который стоял в резерве Ставки Верховного Главнокомандования.

Коротая время ожидания, Мугалев с теплотой думал о генерале.

Павел Семенович Рыбалко участвовал в гражданской войне и имел за нее орден. Потом многие годы находился на дипломатической работе в ранге военного атташе за рубежом. В предвоенные годы руководил кафедрой в одном из военных учебных заведений. С началом немецко-фашистского нашествия он рвался на фронт. Но многочисленные рапорты отклонялись до самой весны 1942 года. Вместе с получением назначения Павел Семенович получил и тяжкую весть: сын его, 19-летний лейтенант, танкист Виль Павлович Рыбалко пропал без вести. Сколько ни запрашивала различные инстанции его жена, ответы шли одинаковые. С такой незаживающей раной воевал этот бесстрашный генерал, не давая никому знать о своем горе.

вернуться

11

См. сборник «Полководцы и военачальники Великой Отечественной». М., «Молодая гвардия», 1971, стр. 302.