Выбрать главу

— Командир, непривязанная четверная «Аптечка», — окликнул Виктор Питона, и подняв сумку, и демонстрируя трофей.

— У меня есть персональная, одинарная, позвольте позаботиться о моих солдатах, и я готов с вами сотрудничать, — попросил лейтенант.

Молодой, взгляд затравленный, но присутствия духа не теряет и думает о своих людях. Правда, при этом, готов помогать противнику. А вот это уже плохо. Людей конечно жаль, но они ведь солдаты и давали присягу.

— Ты и так, расскажешь, всё, что мне нужно, — покачав головой, возразил капитан.

Он уже избавил янки от формы, и наложил повязку на рану. Виктор и не думал обманываться на этот счёт, Питон не собирался спасать жизнь лейтенанту. Нужно будет, так он и «Аптечку» использует, чтобы исцелить янки. Причём не раз. Только это ни о чём не говорит, он всё равно убьёт пленника, пусть в нынешних реалиях эта смерть и не будет окончательной. Спецназ не берёт пленных на территории противника, если только им не нужен язык.

Нестеров встретился взглядом с Питоном, пожал плечами, и закрыв клапан брезентовой сумки отошёл в сторону. М-да. Трофей конечно знатный, и может статься, что в нём возникнет потребность уже совсем скоро. Хотя, лучше бы не надо. Однако, образец старой модификации, и кроме габаритов ещё и изрядно весит. Одна надежда, что эту добычу не придётся нести тому, кто её обнаружил.

Отойдя в сторону Виктор получил от Тайги комплект снятой с убитого формы, и начал переодеваться. Прежде чем надеть гимнастёрку пришлось застирать свежее пятно крови. Получилось не очень, но в глаза не бросается. Одёжка оказалась великовата, как и ботинки, но с этим придётся мириться. Сомнительно, чтобы они устраивали забеги в этой форме, от своей они ведь не избавились, а упаковали в рюкзаки.

— Тополь, ты же характерник, можешь снять привязку? — минут через десять подошёл к нему Питон.

При этом он показал компактную одинарную «Аптечку», размером с пачку папирос. Виктор всмотрелся в неё, убедился в том, что она персональная и отрицательно покачал головой.

— Для этого нужна четвёртая ступень, а у меня только третья.

— Мне кажется, такой артефакт стоит вложенного опыта, — заметил капитан.

— Я не смогу поднять умение, для этого нужно академическое образование. — отрицательно покачал головой Виктор.

— Жаль. Ладно, на нет и суда нет. По коням парни. Бурый за руль.

— Есть, — без видимого энтузиазма, откликнулся один из бойцов.

Его настроение понять не сложно. «Джеффри» довольно старая модель, если не сказать древняя, аж девятьсот тринадцатого года, и управлять такой колымагой, то ещё удовольствие. Ну что сказать, в Америке сейчас тяжёлые времена, уже много лет продолжается депрессия, и лишних денег на оснащение вооружённых сил нет. Тем паче на морскую пехоту, которую вроде бы и используют в самых горячих точках, но при этом снабжают по остаточному признаку.

Затея с машиной себя полностью оправдала. Катили по дороге, как у себя дома. Питон плотно поработал с лейтенантом, а потому сумел получить достаточно подробные сведения, о блокпостах занимаемых янки. Их они избегали, выбирая дороги блокируемые самосовскими нацгвардейцами, с которыми можно было особо не церемониться. Янки вели себя нагло как хозяева, а потому пёрли буром и разведчики просто копировали их поведение, благо английским владели в совершенстве, ввиду четвертой ступени «Лингвистики» у всех бойцов.

За два с половиной часа, петляя по второстепенным дорогам они успели отмахать порядка сотни километров. Обогнули гору Чонсо, где и бросили грузовик, загнав его в поросший деревьями и кустарником овраг. Если обнаружат, то решат, что группа направилась на восток, к линии фронта, до которой оставалось порядка пятидесяти километров.

— Питон, а что вам предпочтительней, компактная двойная «Аптечка», или вот эта четверная бандура? — поинтересовался Виктор, когда они переодевались в свою одежду.

— Однозначно компактная, — ответил тот.

— Отлично. Тогда по возвращении обменяем.

— Идёт, — с энтузиазмом согласился капитан.

— Держи, — Нестеров протянул ему сумку с артефактом.

— А самому слабо?

— Это пока не моё. Моё там, за линией фронта, донесёте, будет моим, не донесёте, не будет.

— В-вот т-ты ж-жук.