Выбрать главу

— У меня есть въездной паспорт, — сказал я. — Я эмигрировал из СССР в Маньчжоу-го с территории бывшей КВЖД. Он лежит в моём вещевом мешке.

— Если у него есть нормальный паспорт, — заявил офицер полиции, явно не верящий, что у меня такой может быть, — так и быть, забирайте. Но если нет — он наш.

Он наклонился к вещмешку, который в результате моего отступления оказался практически у него под ногами, развязал его и принялся потрошить. Собственно ничего интересного внутри он не нашёл — пистолет я оставил комбригу Усуи — кроме небольшой сумки, сшитой из защитной ткани. Открыв её, офицер вынул книжицу паспорта с жёлтым гербом Даманьчжоу-диго — Великой Маньчжурской империи.

— Странно, — покачал головой офицер полиции, явно разочарованный моим документом, — действительно, всё в порядке. — Он кинул паспорт и сумку поверх сваленных в кучу моих вещей, и махнул своим людям. — За мной!

— Соберите свои вещи, молодой человек, — сказал мне сухопарый, — и приходите в мой театр. — Он протянул мне театральную программку, на обратной стороне которой иероглифами и по-английски был написан адрес.

— Спасибо, — кивнул я, склоняясь над распотрошённым вещмешком.

— Господин военный, — неожиданно поклонилась мне девушка в кимоно, — большое спасибо вам!

Я поднялся, невежливо же отвечать, сидя на корточках и складывая вещи в мешок.

— Я не мог бросить вас, — ответил я.

Девушка выпрямилась, снова поклонилась мне на прощание и заскочила в автомобиль вслед за сухопарым. Моя старая знакомая села за руль.

Проводив их взглядом, я собрал вещи и направился к ближайшей остановке трамвая. Там я поговорил с полным японцем, одетым на европейский манер, который объяснил мне, на какой трамвай мне надо сесть и куда ехать.

— Где выйти вы легко поймёте, — усмехнулся он. — Смотрите в окно, что со стороны двери, и как только увидите новое здание в стиле ампир, это и будет Европейский театр.

Я поблагодарил его и заскочил в нужный мне трамвай. Находившиеся внутри люди косились на меня — конечно, странный гайдзин в порванной гимнастёрке и с вещмешком на плече, всегда вызывает определённые подозрения и общую неприязнь. Я оплатил проезд, взялся за поручень и дальше старался только смотреть в нужное мне окно, не обращая внимания на косые взгляды, что бросал на меня почти каждый из входящих в трамвай. Здание Европейского театра, действительно, было невозможно пропустить. Конечно, этот район Токио (несколько позже я узнал, что он называется Синдзюку) был застроен преимущественно западными зданиями, но и на их фоне Европейский театр выделялся очень сильно. Он был выстроен в стиле ампир, как сказал мне полный человек в европейском костюме, подобных вокруг него не было и близко. Выскочив из трамвая, я перешёл улицу, по которой медленно катились автомобили, конные повозки и даже пара рикш тащили свои коляски.

Двери театра были открыты, и я вошёл в просторное фойе, в котором совершенно терялась стойка билетёра, впрочем, за ней никого не было. Я прошёл через всё фойе и заглянул в первую же дверь. За ней оказался длинный коридор, в середине которого стояла девушка в красном платье с лёгкой пелеринкой.

— Прошу прощения, — вежливо поклонилась она мне, — театр закрыт, билеты будут продаваться после обеда.

— Я пришёл не за билетами, — покачал головой я. — Меня пригласил ваш директор. — Я прошёл в коридор и протянул девушке программку.

— А, так вы пришли к Накадзо-сан, — ответила девушка. — Идёмте, я провожу вас к нему.

Она указала мне дорогу, и я зашагал вслед за ней по коридору. Мы поднялись на второй этаж.

— Вот кабинет Накадзо-сан, — сказала девушка, указывая мне на дверь с табличкой, на которой были написаны по-японски имя и фамилия его хозяина «Накадзо Миёси» и непонятное мне слово. Я постучал и, дожлавшись разрешения, вошёл Кабинет был вполне западного вида, только на стенах рядом с копиями нескольких знаменитых картин на морскую тематику — среди них и «Синоп» Айвазовского — висели несколько традиционных гравюр, впрочем, также изображавших морские сражения.

— А, это вы, молодой человек, — сказал он таким тоном, будто ждал кого-то другого. — Проходите, присаживайтесь. Можно посмотреть ваш паспорт?

Я протянул ему заранее вынутую из вещмешка книжицу въездного паспорта. Сухопарый Миёси Накадзо просмотрел его, попытавшись скрыть удивление от прочитанного, поглядел на меня.

— Руднев? — спросил он. — Вы, что же, родственник Вусеворода Рудонева? — последние два слова он произнёс по-русски с жутким акцентом.