— Вперёд! — сквозь слёзы счастья отвечает Леон и бежит в прихожую, ухватив Кристиана за собой.
========== Глава 18. Потеря памяти ==========
Веки приподнимаются так, словно они самая тяжёлая вещь в этом мире. И как только глаза слегка приоткрываются, в голову сразу сильно бьёт и приходится зажмуриться.
Ужасно яркий свет. Белый цвет потолка и яркие солнечные лучи — опасное сочетание.
Но Лили всё равно старается привыкнуть к этому и уже через пару минут с максимальным непониманием осматривается вокруг. Повсюду разные провода, над головой раздражающий писк, в руке воткнута игла. Вдобавок ко всему, на лице какая-то непонятная штука.
«Где я?»
И сразу после этого вопроса в голове проясняется всё. Как она села в такси, потому что опаздывала на работу, как разговаривала с водителем и как с другой стороны дороги в них врезалась машина.
Если бы эта машина столкнулась сильнее с такси, то Лили бы навряд ли лежала здесь.
Ещё в память врывается её младший брат, который наверняка пролил немалое количество слёз, пока Лили здесь находилась. Леон слишком ранимый, а ещё очень чувствительный. Девушка уже думает о том, как будет крепко обнимать брата, когда увидит его, но мысли разом обрываются, когда в палате что-то падает.
Пока Лили рылась в своих воспоминаниях и думала о брате, она и не заметила, как сюда зашла медсестра. Та как раз и выронила поднос с какими-то непонятными штуками.
Прошло секунд тридцать и эта медсестра возвращается уже с врачом под руку. Тот выглядит моложе, чем Лили могла себе представить. Точнее, намного моложе. Шестерёнки в голове агрессивно работают и девушка пытается как-то высчитать возраст парня.
Однако расчеты прерываются, когда Лили встречается взглядом с врачом. Его чёрные глаза невольно захватили в плен. Эти глаза будто чем-то обеспокоены. Словно этот врач волновался за свою пациентку.
Парень подходит ближе и всё ещё взволнованно смотрит на девушку и на показатели на экранах. Затем говорит медсестре выйти из палаты и сам присаживается на стул.
— Господи, — парень выдыхает и его плечи заметно расслабляются. Голос низкий и немного хриплый, но всё равно приятный для слуха, — Вы не представляете, как я волновался за Вас.
Всё-таки был обеспокоен. Парень аккуратно снимает маску на лице девушки и убирает на тумбу. Картер лишь смотрит на него своими красивыми голубыми омутами, давая созерцать врачу её глаза. А тот невольно тонет в этом океане. Но быстро приходит в себя.
— Я лично оперировал Вас, поэтому в ответе за Ваше состояние. Сейчас Вас что-нибудь беспокоит?
Лили прислушивается к своему организму и понимает, что ужасно хочется пить. А ещё увидеть своего брата.
Стоп.
А сколько она спала?
— Как…— Лили начинает кашлять. В горле дерет и парень сразу подаёт ей стакан с трубочкой. Девушка медленно пьёт, горло увлажняется и договаривает: — Как долго я здесь лежу?
— Три месяца.
Вот так вот.
Картер перестаёт дышать и слышать доктора. Тот что-то говорит о её состоянии на протяжении трёх месяцев, как за ней ухаживали. Но Лили совершенно не до этого.
Три месяца она лежала вот на этой койке совершенно без движения. То есть, три месяца её младший брат справлялся сам со всеми долгами? А справился ли? Чёрт, Лили наверняка уволили. И куда её теперь возьмут? Она не глупая, знает, что после её травм будет реабилитация. Особенно после трёхмесячного сна. Но как же Леон? Да и к тому же, у них не хватит денег на реабилитацию. Нужно валить из этой больницы.
— Знаете, мне очень хорошо. Пожалуй, я пойду домой, — Лили пытается подняться на локтях, но врач моментально реагирует и давит на её плечи, запрещая подниматься.
— Только не нужно с Вашими этими «Мне очень хорошо». Я вижу по Вам, что не хорошо. Более того, Вы даже встать без моей помощи не сможете, — строго проговорил парень и продолжил дальше осматривать пациентку. Та лишь возмущённо что-то пробубнила под нос и отвернулась.
Но повернулась обратно, когда услышала:
— Ваш брат каждый день навещал Вас. Я думаю, он будет вне себя от радости, когда узнает, что Вы очнулись. Позвонить ему?
Лили всё ещё немного обиженно смотрит на врача, но кивает. Всё-таки, по брату она очень скучает.
***
Врач, как и обещал, позвонил Леону и теперь снова осматривает Лили. На этот раз проверяет голову. Около висков сбриты волосы, о чём проинформировал доктор. Не очень сильная потеря, зато Лили снова будет ходить в своей любимой шапке, только теперь чтобы скрыть недочёты. Парень аккуратно осматривает голову, а потом отходит и что-то для себя подмечает, пристально смотря.
— Хорошо, — говорит тот, — Ваша реабилитация не должна проходить долго. Потом мы проверим вашу координацию и…
— Лили!
Дверь в палату распахивается и Леон собственной персоной врывается в помещение. Не замечает врача, который понимающе улыбается. Леон сразу же бросается к сестре и бережно обнимает. Девушка лишь прикрывает глаза, пряча свои слёзы, и пытается обнять брата в ответ.
Леон судорожно шепчет в шею сестры о том, что безумно скучал и Лили чувствует, как на её плечо капает слеза. Девушка шепчет «Я вернулась» и тоже начинает плакать. Да уж, тут сложно сдерживаться. Врач уходит, оставляя этих двоих. Но в дверном проёме появляется третий, высокий брюнет, который с нежной улыбкой смотрит на семью Картер и врач снова подмечает детали. Пытается узнать траекторию взгляда этого парня, но решает не лезть в это. Всё-таки, личные отношения пациентов не его дело.
Кристиан наблюдает за своим солнцем и Лили, понимая, что сейчас сам не сдержится и даст волю эмоциям. Поэтому он тихо ускользает в уборную.
Надо же. Он даже не думал, что почти начнёт плакать, когда увидел воссоединение семьи. Всё-таки Леон и Лили единственные друг у друга. Поэтому так сильно держатся во время объятий, боясь потерять снова.
Осознание бьёт неожиданно и в самое сердце. Лили проснулась. Значит ли это, что Леон теперь снова будет жить со своей сестрой? Значит ли это, что они расстанутся? Что если они больше никогда не встретятся?
Что если Кристиан больше не будет нужен Леону?
Хотя это логично. Кристиан выполнил свою задачу, присмотрел за Леоном, пока Лили была не в состоянии. И теперь, когда Лили окончательно восстановится, то Леон снова будет жить со своей сестрой.
Становится грустно. Нет, не так, Кристиан уже начинает скучать по Леону. Уильямс знает, что он до скрежета зубов будет скучать. По всей их домашней атмосфере, по успокаивающим объятиям посреди ночи и по рисункам Леона на своей коже.
Но всё-таки это жизнь Леона. Он сам вправе решать, что для него лучше. И Кристиан никогда не будет умолять его остаться, просто потому, что чувства Леона для него стоят выше своих. Поэтому Уильямс собирается с мыслями и покидает уборную.
В это время в палате Леон уже успокоился и сидел рядом с сестрой. Он разглядывал её так, будто в первый раз видит. Но в палату заходит медсестра и приносит завтрак для пациентки. Она ставит поднос рядом с койкой и устраивает небольшой столик на коленях Лили. Девушка поднимается не без помощи Леона и осматривает еду. Только сейчас она почувствовала голод.
— Тебе помочь? — заботливо интересуется Леон. Но Лили отмахивается.
— Лучше расскажи, что интересного произошло.
Картер нервно смеётся и даже не понимает с чего начать. Пожалуй, с самого важного.
— Знаешь, все наши долги погашены.
Лили давится едой и начинает кашлять. Брат подаёт ей стакан и она делает глоток воды.
— Как ты это сделал?
Леон почему-то начинает смущаться, сам от себя не ожидая такой реакции.
— Мне помогли, — тихо говорит тот, хотя медсестра уже давным давно ушла, — Мне помог один парень, его зовут Крис. Он сказал, что это ты его попросила присмотреть за мной, если что-то случится.
Лили перестаёт кушать. Она зависает вместе с ложкой около рта. В голове проносится давнишний разговор с одним человеком и небольшая просьба со стороны Лили. Но девушка тогда даже не думал, что этот парень действительно выполнит её просьбу. Прошло достаточно много времени. Но… Почему Леон не говорит полное имя этого парня?