- Редко, - я старался оставаться вежливым, но мне не нравилось, что она с кем-то общается.
- Непохоже. У вас есть стационарный телефон? Хочу такси вызвать.
- Уже уезжаешь? - поинтересовался я.
- Да, надоело все, домой хочу.
Я не мог допустить того, чтобы она уехала. Весь этот вечер был затеян ради нее.
- Останься, - проговорил я и взял ее за руку.
- Отпусти меня, - Галя дернулась, но я не отпустил. - Ты чего делаешь? Я сказала, отпусти. Я хочу уехать.
-Нет, - алкоголь внутри меня начал разжигать в крови злость, - нам надо поговорить, Галя, о нас поговорить.
- О чем? - на ее лице отчетливо читалось удивление. - О нас? Ты перепил что ли, Кирилл? О каких нас можно говорить, если их нет!
- Но могут быть! - я схватил ее за вторую руку и притянул к себе, до ломоты в груди вдыхая ее запах. - Галя, я люблю тебя, я хочу быть с тобой, давай встречаться.
Она некоторое время смотрела на меня все с прежним удивление и некоторой растерянностью, а потом запрокинула голову и засмеялась. Ее звонкий, искристый смех поплыл в ночи яркой музыкой. Во мне начала зарождаться радость, но она была мгновенно убита ее злым взглядом, которым Галя обожгла меня, и ее ледяными словами.
- Хочешь со мной быть? Любишь меня? А что ты можешь мне дать? У тебя есть приличный доход, отдельная квартира? Ты отвезешь меня отдыхать к морю? А ты себя, вообще, в зеркале видел? Тощий, одни кости, со смешными очками — ты, определенно, не тот мужчина, который должен быть со мной рядом. Мне нужна рядом стена, а не защитная накидка от дождя. Прощай.
Она резко оттолкнула меня и ушла прочь. Я еще некоторое время стоял молча, и только потом понял, что не слышу голосов друзей. Как оказалось, они все стояли рядом — их привлек смех Гали и все слышали. Она не просто отвергла меня при всех — Галя унизила и растоптала меня как мужчину на глазах у других близких мне людей.
С того самого дня я возненавидел ее. Не было дня, часа, минуты, чтобы я не вспоминал о ней, взращивая в себе ненависть все сильнее. Но, именно благодаря тому унижению, я стал успешным, влиятельным, богатым человеком. На меня засматриваются женщины, потому что больше нет того тощего студента, а есть мужчина со спортивной фигурой, рельефным телом. Я все так же ношу очки, но теперь их оправа стоит как приличный автомобиль. Я всего достиг, но не смог сделать главного — забыть Галю, вырвать эту отраву из сердца, потому что она не просто в нем проросла, она оплела его. Избавиться от чувств к Гале теперь я могу только единственным способом — вырвав свое сердце из груди, проще говоря, умерев...
В висках начинает пульсировать боль — алкоголь и тяжелые воспоминания сделали свое дело, нужно срочно в душ и спать: станет легче. Встаю и бреду к себе. В доме тишина: жена уехала, дети у бабушки, прислуга уже ушла домой. Холодный душ приносит только мимолетное облегчение. В моей голове каждую секунду все ярче горит безумная мысль — я должен на нее посмотреть. Мне нужно увидеть ее сейчас.
Галя для меня не наркотик — она моя боль, а я мазохист, который уже не может жить без нее. Нетерпение внутри начинает сжиматься в тугую пружину — и я, быстро приняв душ, собираюсь и иду к комнате, где спит она...
Я крадусь по собственному дому, как вор, шарахаюсь от каждого звука и шороха. Если меня увидят рядом с ней, конечно, есть возможность отвертеться, обмануть, сказать, что проверял, как Галя себя чувствует. Но все это ложь. И меня быстро поймают на ней.
Перед дверью в комнату замираю — четко осознаю, что если войду сейчас туда, уже не буду прежним.
За эти годы я смирился со своей жизнью. Нет, Ольгу я не полюбил, но уважал ее как женщину, мать. Благодаря ей и ее поддержке я стал тем, кто есть, у меня все появилось. Но я к этому не стремился по жизни, все, что меня окружает часть моей мести Гале, которая и не нужна ей. Все это время она не замечала меня, не реагировала на мою открытую ненависть к ней. Словно, и не существовало меня совсем для этой женщины. Галя жила своей жизнью, не пересекающейся с моей.
Долгие одиннадцать лет я ежедневно вырывал из своих мыслей ненавистную мне женщину. Гнал ее от себя поганой метлой, а она, все равно, оказывалась рядом. Первые годы нашего с Олей брака жена часто приглашала Галю к нам в гости, но всегда эти посиделки заканчивались одним — нашей с Галей ссорой. Видя ее в стенах своего дома, я свирепел, меня начинало ломать от злости, поэтому моментально к ней цеплялся: не то сказала, не так выглядит — любая мелочь превращала нас с ней во врагов. Постепенно ее визиты сошли на нет, а потом прекратились совсем. Галя приезжала к нам только на большие праздники и с мужем... потом с Маратом...
Я сам их познакомил — пригласил к нам на празднование Нового года. Марат был моим партнером и заядлым бабником. Мне хотелось, чтобы он поиграл Галей и бросил ее, но вышло наоборот — они стали встречаться. Когда я узнал об этом, напился до невменяемого состояния. Не знаю как, но приехал к дому Гали и долго стоял и смотрел на окна ее квартиры. Чего ждал? А черт его знает, но внутри все так горело, что терпеть сил не было. Мне хотелось убить ее в ту ночь... я от ревности сходил с ума... Сколько раз потом я представлял, как другой ласкает ее тело, как она стонет в чужих объятиях... ревность черной змеей оплетала мой мозг, отравляя мою жизнь смертельным ядом... Я первого мужа Гали заставил с ней развестись, но она не знает об этом.