Выбрать главу

Около часа он будет спать, я это знала. В это время я любила жонглировать. Это здорово развивало концентрацию. Я уже умела запускать в воздух четыре предмета и гордилась собой.

У меня для этого упражнения, были специально вырезанные из дерева продолговатые чурки. Я запустила их по очереди в воздух и с удовольствием вовлеклась в это занятие. Прошло несколько минут и вдруг я ощутила себя в другом месте. Было такое ощущение, что я тоже выпила настойки мастера Ася, но мелькнула мысль, что во время жонглирования меня вынесло в эфир. Надо же. Мой первый самостоятельный выпад. Без второго мага!

Я шла по темной, узкой пещере. Хваталась за острые камни и чувствовала озноб, от гуляющего по ногам сквозняка. В каком то месте пришлось попросту ползти на карачках. Зато я увидела впереди отблеск света. Подойдя ближе, я увидела довольно большую пещеру, освещённую зеленоватым сиянием. По середине стоял мужчина, с опущенной головой. Его длинные, грязно жёлтые волосы свисали почти до пола. Лица я не видела, к тому же всё его тело было забинтовано от шеи до ног, светлой тканью. Он явно не мог шевелится, к тому же скован магически. От него в разные стороны расходились фиолетовые лучи.

На какой то миг, мне показалось, что это Вэлмор и всё внутри меня сжалось. Я побежала что есть сил, не смотря на опасность и подойдя к человеку подняла его лицо. На меня смотрели пустые, ярко синие глаза. Это был не Вэлмор. Я отшатнулась от него и закружилась в поисках выхода. Он отсутствовал!. Это была полностью каменная, закрытая пещера. И вдруг со всех сторон раздался пронзительный гул. Я закричала от невыносимой боли в ушах и сознание моё померкло.

Пришла в себя в саду. Рядом валялись мои тренировочные чурки. Одна попала мне в лоб и я потрогала набухающую шишку.

"Где же я была? И кто этот человек?"

Я понимала, что была в эфире, однако не сомневалась, что существует и это место и этот пленник!

Глава 26. Эл

Проведя всю свою жизнь в пределах родового замка или дворца правителей, Вэлмор никогда не задумывался о том, что его окружали в большинстве своём образованные, грамотные, специально обученные и принятые на свои должности мастера, после тщательного отбора и рассмотрения нескольких управляющих.

Сейчас же, переодевшись в простого прислужника, он в полной мере ощутил, что люди вокруг него другие. Простые, более открытые и радостные, они вели себя с ним так, словно знали его сто лет. На лицо смотрели с любопытством, но без особой неприязни. Мужчины не стеснялись заговаривать с ним первыми и вели себя свободно, что в свою очередь делало расслабленным и самого Великого. Детвора пялилась с открытым ртом, а девицы прятали глаза.

Богатые купцы и ремесленники, чаще всего были раздражены и агрессивны к уродливо у страннику. Они почему то думали, что Вэлмор вознамерится у них что либо украсть или будет выпрашивать, не в состоянии этого оплатить.

Далы теперь не склонялись в его присутствии, еле дыша, как раньше. Они вообще не смотрели на толпившихся на площади народ, высоко задирая свои носы, прячась за спинами стражей или охраны.

До того, как стать Великим, Вэлмор тоже так ходил по городу. Не видя и не замечая никого, кто ниже Дала, по положению. Так было принято.

Выдумывать новое имя не стал, а сократил своё до двух букв. Эл!

Звучало не плохо, но главное знакомо.

В столицу Орд Дал всё таки прошел общественным порталом, решив начать своё путешествие с группой половников идущих на рассвете из Куршона.

Узнал о них случайно, выходя неузнанным из ворот Скалы, от грязного бродяги, которого не пускали в замок. Тот увязался за Вэлмором, обещав показать все старые храмы Богини за прокорм.

Деньги у Великого были, но он вознамерился сполна испытать долю бедняка. Такого как прицепившийся к нему нищего по имени Тишь. Тот был человеком неопределенного возраста. Ему могло быть как тридцать пять, так и шестьдесят. Всё из-за редкой, курчавой растительности на скулах и щеках, имевшей с одной стороны русый цвет, а с другой медно — рыжий отлив. С кустистыми, но короткими бровями, история повторялась. А вот волосы седые, с большой проплешиной над лбом.

Ещё он был довольно грязным, пыльным и неопрятным в целом и Вэлмору с трудом удалось побороть в себе брезгливость. У Тиша были пронзительные, бегающие глазки, темно серого цвета, умные и хитрые. Один был всегда слегка прищурен, словно от некогда полученной травмы. Росту он был не высокого, к тому же настолько худым, что его балахон висел на нем так, словно надет был на палку.

Его пинали, били, толкали и гнобили. А он смеялся, кланяясь всем подряд и желал "доброй Дары". Его оскорбляли даже дети, но он не обижался и радостно примерял к себе обидные клички, ничуть не смущаясь и повторяя их.

Вэлмор по непонятной причине сначала решил просто помочь ему добраться до столицы. Затем угостил его обедом в не дорогой таверне, где между ними и состоялся разговор.

— Ты Эл, если хошь знать, то знай. Я тебя сразу раскусил. Дал ты самый настоящий. Может опальный, но всё ж ристократ, это видно.

— Видно? — уставился на него Вэлмор.

— У жрецов спины всегда сутулые, от молитв и многочасовых ритуалов. А ты статный, сразу видать, Дал переодетый. Так ты долго не пропутешествуешь. Ограбят или убьют. Или похитят, шоб выкуп у родни требовать. Ты ж гуляешь без охраны, а гильдия разбойников, город в руках держат и везде у них шпионы разосланы.

— А разве не правящие дуалы город держат? Или совет старейшин? Ну или министрат в конце концов?

Тишь испытывающе смотрел на собеседника склонив голову на бок.

Затем булькающе засмеялся, показывая черную дыру, от выбитого клыка.

— Правящим и совету, нет никакого дела до того как живут простые граждане. А гильдия разбойников…да она подчиняется в какой то степени министрату, но и чаще всего выполняет именно их заказы, а они в свою очередь не сильно к ним лезут. В стране полно забот покруче глупых Далов, что решили погулять в одиночку.

Он с жадностью запихнул в рот огромный шмат жирного мяса и постарался утрамбовать его прямо пальцами. Вэлмор отвернулся на время, чтобы не видеть как перемалывается пища в полуоткрытым рту.

— А ещё ты смотришь грозно, словно Орд Дал! — прожевав принялся дискутировать нищий. — Тебя, если на кого важного так посмотришь, мигом на площади пристегнут к черному дереву и спину прутом исполосуют. Так что если хочешь прятаться и гулять не замеченным, возьми у меня пару уроков. Тишь тебя научит и сделает настоящим бродягой.

— А что Тишь потребует за подобную услугу?

Мужик крякнул.

— Говоришь то тоже не как из простых, так тебя тоже вычислят. Надо было сказать "Чо хошь за свои уменья босяк?"

Вэлмор молча кивнул.

— Так вот — продолжил Тишь — а хочу я за это погулять с тобой, ну куда ты там идёшь?

Увидев реакцию Орд Дала, он выставил руки вперёд

— Не Эл, ты не подумай. Я в твои дела лезти не буду, как и в душу. Мне про твою жизнь ничего не интересно. Я просто все равно куда то иду. Могу какое-то время пойти туда, куда идёшь ты. С тебя еда, с меня уроки бедности. Идёт?

Великий не стал долго думать. Компания Тиша не показалась ему обременительной и они стукнули друг друга костяшками кулаков, подтверждая сделку.

Ночевали в загоне для кранов на гигантском стоге травы. Добрый купец пустил их лишь потому, что его покойная мама была прислужницей Богини в юности и часто вспоминала свою службу.

Великому не спалось. Не сказать, что Вэлмору такое простое ночевание было в тягость. В частых рейдах, он ночевал в условиях и похуже. Неженкой никогда не был. Отец воспитывал воином!

Просто он думал о жене. Как она, что делает?

А вот Тишь дрых шб, да только очень беспокойно. Постоянно бредил и стонал, метался и дрыгал конечностями.

Великий задремал лишь под утро. В коротких снах, ему снились грустные карие глаза Киллиан и губы, сжатые в тонкую линию. И Вэлмор говорил и говорил. Что не хотел её обидеть и потерять. Что его жизнь теперь пуста и не имеет смысла. Что он на всё пойдёт, чтобы она простила его. Но она молча, пятилась и кланяясь ему уходила в ночную мглу, из которой стремительно вылетала клешня альфы черника. Из горла Вэлмора раздался отчаянный крик.