Выбрать главу

«Уборка туалетов!» - крикнул парень в очках и направил пушку на группу задир, оторопело смотрящих на него. Мощная струя, вырвавшись из относительно небольшого дула, пронзила пространство и вмиг достигла своей цели: парни тут же позабыли о лежащем в оборонительной позе Исааке и в панике сбились в беспорядочную кучу (в туалете было не так уж много места), закрывая руками желтые лица и распаленные от раствора глаза. Спустя миг они, бранясь и оплевываясь, уже гнались с дикой ненавистью за Петром, который бросил пушку посреди прохода и убежал прочь сквозь ветвистые коридоры института.

Чуть подождав, чтобы дать настояться образовавшейся тишине вокруг себя, Исаак медленно поднялся, стараясь игнорировать весьма ощутимую боль в спине, животе, по бокам и в отбитых при падении плечах. Немного покалывало в районе затылка. Раствор попал в какой-то степени и на него, однако это ни в какое сравнение не шло с полностью испорченной одеждой у его обидчиков. Прихрамывая и аккуратно обходя пушку, Исаак ухмыльнулся — это был один из его немногих первых радостных моментов на первом курсе: «Выкусите...»

Так или иначе, Исаак успешно посетил лазарет, а Петра не менее успешно догнали, избили, сломали ему несколько ребер и выбросили очки в измельчитель отчетов. Уже на следующий день Исаак нашел его, сидящего в дальнем, плохо освещенном углу столовой и пытающегося читать помятую книжку в бурой неприметной обложке. Петр хмурился, часто моргал своими серо-синими глазами, озадаченно почесывал светло-русую голову и потирал переносицу под ободковыми прямоугольными (новыми?) очками, словно полагал, что от этого прочитанное станет хоть немного понятнее.

На нем была клетчатая желто-красная рубашка, выделяющаяся своей яркостью среди более строгих костюмов остальных студентов. Крепкие размашистые плечи; подвернутые небрежно рукава; средней длины волосы, зачесанные назад; широкий лоб вкупе с немного сплющенным носом – все это выдавало в Петре волевого человека, способного за себя постоять. Несмотря на то что в данный момент он был усиленно занят чтением, выражение его лица таило в себе некоторое «озорство», которое только и ждало, чтобы кто-то отвлек Петра от этого дела, и он тут же все бросит и займется более насущными проблемами.

- Ничего не могу разобрать при таком ужасном свете! - сказал он, раздраженно отложив книжку в сторону, и, прищурено взглянув на Исаака, протянул руку. - Я Петр.

- Исаак, - произошел неловкий, но твердый обмен рукопожатиями. - Я хотел поблагодарить тебя за тот меткий выстрел в туалете.

- А, пустяки, - махнул рукой Петр. - Это была не самая моя креативная затея. Поверь мне, я могу лучше. Если сравнивать этот сброд со стадом баранов, то бараны хотя бы имеют мех, а эти могут только сбиваться в кучи и слепо следовать линии людей, которых они даже в глаза никогда не видели. А может, не людей вовсе.

Впервые Исаак так явственно слышал критику Совета института, которого обычно либо хвалили, либо в крайнем случае высказывались равнодушно.

- Но, вообще-то говоря, для них сбродом считаются такие, как я, - ответил уныло Исаак. - Я попал сюда благодаря Фортуне, и не сказать, что поражаю окружающих своими умениями и знаниями. Хотя нет, поражаю...но не с той стороны.

- Об этом вообще не стоит переживать и загоняться. Я тоже с Фортуны, - бодро сказал Петр, - и я тебе скажу, что эта вся система - полная чушь и абсурд. Сам посуди, если изначально было ясно, что многие абитуриенты, отбираемые случайно, не могут потянуть местную программу, которая вообще непонятно как составлена, то какой смысл нас сюда закидывать? Тут вариантов несколько. Возможно, нас сюда послали с определенной целью разрядки для других, более смышленых и, без всяких сомнений, талантливых будущих специалистов, которым надо выплеснуть скопившееся в них напряжение из-за безмерно тяжелой программы. А, как известно, если обычный досуг в виде спорта, прогулок, чтения отвлеченных книг и прочих маленьких жизненных радостей не помогает, то в ход идет достаточно действенное, но не то чтобы полезное средство высвободить пар и стресс — насилие. Так же, если известно, что регенератор все починит, и здоровью учащихся ничего не угрожает (ну, может, ментальному), то почему бы немного не поиздеваться? Мы же не манекены, мы живые существа, и тем это увлекательнее. Соответственно, чтобы доминантной стороне был более интересен процесс, я вношу в него свои коррективы, заставляя сторону преодолевать различного рода препятствия и трудности в достижении своей благородной цели.