— Ну да, а ты откуда о них знаешь? — подозрительно прищурился я.
— Мы с твоей ка-сан были в совместном патруле, закончившемся вчера вечером, вот от нее лично и узнала — ответила она, — и я хотела бы уточнить, сколько будет стоить нанести мне такие же?
— Ка-чан дома?! — подскочив, выделил я главное и подхватив свалившиееся полотенце, ринулся из воды, напоследок крикнув удивленной женщине. — Насчет печатей спроси у нее, а потом уже подходи ко мне!
Несколько ошарашенные, посетители горячих источников только смотрели вслед исчезнувшему красноволосому пареньку, в то время, как поднятые им в воздух брызги продолжали опадать в воду.
— А малец-то очень быстр для своего возраста, — хмыкнул Хьюга.
— Завидный жених растет для кого-то, — вторил ему другой шиноби и усмехнувшись в сторону шушукавшихся молодых куноичи, подмигнул, — за такого и кланам не грех подраться будет.
— А про печати-то договориться и не успела толком, — досадливо цыкнула Кейко.
— Думаешь, Нара дадут ему на сторону их отпускать? С тех пор, как все Узумаки покинули Коноху, настоящего знатока печатей у нас найти практически невозможно, — покачала головой третья куноичи.
— Кто знает? Пока он их наносил только своей ка-сан, так что если добиться ее разрешения, то может получиться, — пожала плечами в ответ Кейко, завершая тему.
Глава 22
— Мито-ба-чан, я пришел, — постучав по косяку входной двери, я вошел в дом, не обращая внимание на неприятное ощущение прохождения чудовищно сильного и сложного барьера.
Готов поспорить, он способен выдержать прямое попадание даже бомбы биджу в исполнении девятихвостого пару раз, если не больше. Все Узумаки по прошествии определенного времени предпочитают специализироваться на каком-то одном направлении фуиндзюцу просто потому, что на более глубокое изучение других направлений не хватает времени, даже учитывая знаменитое долгожительство красноволосых. И пусть жена первого хокаге не достигла даже середины жизненного пути Узумаки ее силы, но и она, выбрав барьеры, достигла огромных высот. И особенно меня радует тот факт, что почти вся собранная ей библиотека по печатям досталась мне. Как пояснила ма, все ожидают смерти бабули почти сразу после перезапечатывания Кьюби и уж на ее знания есть кому наложить лапу. Блин, готов поспорить на мою подарочную катану, что именно оттуда растут корни данзовской проклятой печати молчания, а так же экспериментов Орочимару с печатью неба. Кстати, интересно, Джирайя станет мастером печатей или же обломается с моим вмешательством? Надо бы вдолбить в башку Кушине, что знания Узумаки можно передавать только своим, а все остальные могут идти лесом, даже если это будет будущий муж, если вообще будет. И Мито подключить к этому. Конечно, это зарубит Хирайшин но Дзюцу на корню, но если уж я стибрил Разенган, то что мне мешает продолжить традицию? В конце концов, без помощи Куши-чан, «гений» Минато не придумал бы ни одного своего знаменитого дзюцу. Вот пусть и попробует создать что-нибудь свое только с имеющимися возможностями, а не опираясь на Узумаки. Впрочем, до этого еще дожить надо, так что есть и другие заботы на данный момент.
— Ба-чан, ты где? — позвал я в который раз, бродя по дому — с помощью дара сенсора можно даже пробовать, поскольку установленный барьер вокруг дома многосекционный и обламывает даже владельцев бьякугана, не говоря уж о подобных мне.
Проверив второй этаж, я уж было решил, что парочка Узумаки ушла гулять, как послышался дробный топот и после звука открывшейся двери, в коридоре показалась Кушина.
— Рью! — с этим боевым воплем она прыгнула на меня. — Ты пришел! А ба-чан готовит подвал! Ты ведь будешь меня поддерживать, когда придет время перепечатывания девятихвостого!? Я так боюсь!
Еле устояв на ногах по весом повисшей на шее почти шестилетней мелочи, я привычно обхватил ее руками и успокаивающе погладил по голове и спадающим на спину роскошным алым водопадом волосам.
— Это уж как Мито-ба-чан решит, но я уверен, что все у тебя получится, — тепло улыбнулся я встревоженной малышке.
И почему дети такие милые, когда маленькие? А когда вырастают — становятся задницами. Говорю из личного опыта.
— Она разрешила тебя привести в подвал, — радостно сообщила Кушина и спрыгнув с рук, потащила меня за собой.
Оказывается, вниз вела неприметная дверца под лестницей на второй этаж, совершенно сливающаяся со стеной, особенно когда рядом нет окон или светильников, чтобы ее обнаружить. И это не говоря уж об огромном количестве мелких символов и иероглифов, покрывавших как полотно двери, так и весь косяк.