Выбрать главу

— Может, нам не стоит здесь задерживаться предложил Райнер… — Черт с ними, с этими быками. Одного Линда свалила — хватит ей на сапожки. Линда я бы хотел побыстрее выбраться из этой долины. Вот затянет и выездную дорогу, мы окажемся словно в ловушке. Как считаешь, Игорь?

Корин колебался, и вместо него ответила Линда. Глаза девушки сияли от возбуждения — она давно мечтала пострелять всласть! Боязливые рассуждения Райнера она отвергла напрочь.

— Не знала, что вы, полицейские, такие трусы, — безапелляционно заявила Линда. — Еще не хватало драпать из джунглей, поджав хвосты! Мы приехали сюда не загорать на пляже, а охотиться. Подумаешь, деревья немного пошалили. Так даже интереснее. Это же не тир с бумажными мишенями, чтобы им провалиться!

Райнер приложил руку к груди.

— Линда, девочка, я же не о себе беспокоюсь…

— О себе я сама могу побеспокоиться, — отрезала девушка. — Первый раз я дорвалась до сафари и уезжать отсюда с пустыми руками не собираюсь!

Оба егеря смотрели на нее с явным восхищением.

— Мисс, вы просто молодец, — прочувственно заявил Лафаер. — Если бы вы знали, как мы с Кирком устали от нервных дамочек… На базе все они — настоящие амазонки, с утра до вечера только и щебечут про то, как они охотились в Африке на львов. А стоит нашим зверушкам проявить характер, дамочки сразу же падают в обморок. Нет, господа, венерианские джунгли — это не луна-парк, здесь получить удовольствие от охоты могут лишь рискованные люди. Впрочем, если мистер Корин считает, что нам надо возвращаться…

Корин протестующе махнул рукой.

— Ну уж нет. После города мне и в жерле вулкана будет казаться тепло и уютно. Может, направимся сразу к убитому быку?

Но егеря дружно запротестовали. Существует определенный порядок, заявили они. Сначала надо разбить лагерь, перекусить, часа два отдохнуть, а затем можно заняться охотничьими делами. Тем более что стрельба из машины строго запрещена и на ближайшие два дня у них останется одно средство передвижения — ноги.

…Лежа на мягкой, пружинистой койке, Корин старался ненадолго задремать, но у него ничего не получалось. В который раз он укорял себя за то, что не смог отбиться от назойливой помощи Райнера и особенно Линды. Одному путешествовать было бы куда спокойнее. А теперь буквально все выходящее за рамки обыденного казалось ему знаком надвигающейся беды. Волнение в джунглях могло быть вызвано множеством причин, но как отделаться от мысли, что это — привет от Омена? Этот человек — если он, конечно, человек — мог на самом деле оказаться всесильным, словно дьявол. Возможно, он умел даже каким-то образом управлять джунглями. Если деревья взбунтуются и пойдут всерьез в атаку, никакие пулеметы и бластеры их не удержат. И эфир они легко перекроют помехами, так что никто не успеет прийти на помощь маленькой группе.

Но как же тогда понимать найденное в космолете дуэльное оружие? Нет, это не было случайностью. Рано или поздно ему, Корину, придется встретиться со своим могущественным противником один на один. А джунгли не очень-то подходят для дуэли. Вряд ли Омен выбрал такое шумное и в общем-то людное место в качестве своей обители. Другое дело склоны вулкана Лема. Чем черт не шутит, может, они уже встречались — в те час сорок три минуты, которые начисто выпали из его, Корина, памяти? Или он попросту провалился в заурядную хронотрещину? Должны же они быть на Венере… Хотя до сих пор ни одной не обнаружено.

Корин обрадовался, случайно выйдя на другую, благодатную почву для размышлений. Он страшно устал от мыслей о таинственном Омене, о бедной Ольге и ее убийце, как две капли воды похожем… «Стоп, — сказал он себе. — Я хотел порассуждать о природе хронотрещин. Очень приятная и полезная тема».

Физическая природа этих расколов в пространстве-времени уже почти раскрыта. Работы Стельмаха, Ярокавы и Ван Майера заложили солидный фундамент современной хронофизики. Наука наконец-то получила мощный внутренний толчок и после застоя конца двадцатого века стремительно стала продвигаться к основе основ — теории единого поля, некогда оказавшейся не по плечу самому Эйнштейну. А на горизонте уже смутно сияли такие вершины, как провременной двигатель, который мог бы раскрыть перед человечеством Вселенную, и пресловутая «машина времени», и прочее, прочее…

Одно только оставалось совершенно неясным — откуда эти самые хронотрещины появились. И когда. И почему. И по какой причине они начали расползаться по Земле. Прежде их вроде бы было несравненно меньше: ну, некоторые зоны в знаменитом Бермудском треугольнике, ну, район в сибирской тайге, куда провалился Тунгусский метеорит… Подобных нечистых мест на Земле, если верить данным истории, было не более двух-трех десятков… Впрочем, планета раньше была мало заселена, а об океанах и обоих полюсах и говорить нечего.