Следующие мои противники орудовали то ли мачете, то ли длинными ножами, то ли короткими мечами. Атаковали они одновременно, но я даже не стал пытаться как-то отводить или, тем более, парировать удары. Упав на землю, я ударил одного под коленку, разрезая все сухожилья. Последний мой противник, увидев лежащего врага, меня то есть, рванул ко мне, чтобы добить и… нарвался на мой удар ногой под колено. Инерция потащила его дальше и он начал падать почти на меня. Чуть отодвинувшись, я выставил нож как раз в то место, куда «приземлилась» его шея. Вскочив на ноги, понял, что противников не осталось. Вернув себе копье, добил раненого, который обеими руками обхватил свою ногу и не думал о дальнейшем бое. Посмотрел туда, где находился жрец, и успел заметить, как он с пятью воинами убегает с поля боя.
Я осмотрелся. А ведь охранники серьезные противники — перед ними лежало… раз, два, три… тринадцать врагов. Слева от них находился проводник, поэтому вполне возможно, что один или два это его, но все равно классные воины. Орудовали они, кстати, двумя мечами каждый. После того, как маг сотворил следящее заклинание и убедился в том, что поблизости никого больше нет, мы приступили к разбору трофеев.
В этом мире к трофеям относились очень серьезно, а дележ был, как писалось в земных фантастических книгах — кто убил, тот и обыскивает. У троицы, что я убил в рукопашном бою, ничего хорошего не было. Холодное оружие очень неудобное, баланс плохой, копье тоже не по мне. Если бы мы возвращались, то я бы все захватил, а так таскаться с ними себе дороже. Пять убитых стрелами поначалу тоже ничего хорошего из оружия не дали, но вот у одного, обладавшего амулетом, нашел меч, который притянул мой взгляд сразу. Взяв его в руку, сразу почувствовал разницу с предыдущей кустарщиной. Вот что я еще снял, так это амулеты и прочие висюльки — места занимают немного и мешать не будут. А там найду, где продать. Прятать остальные трофеи я посчитал излишним, поскольку вернувшиеся негры совершенно точно найдут.
Чему я очень расстроился, так это сломанным стрелам. Только четыре штуки сохранились, как раз те, которые отклонили амулеты. Их взял, с остальных поснимал наконечники и перья, а в пути сделаю новые.
Три дня, что мы продвигались в Тени, на нас никто не нападал. Вообще. Чему мы были только рады. Но со слов нашего проводника это означает только то, что сейчас зулсы заняты войной, после которой у них будет снова период нападений на все близлежащие деревни и села, а также путников и караванов.
— Что это? — не удержавшись, воскликнул я.
Мы вышли к невысоким горам. Что странно никаких предгорий не было — вот равнина и прямо из земли начинают расти горы. Но поразило меня не это. Вместо одной вершины находился замок с остроконечными шпилями. Склонившееся к закату солнце осветило их, и те заиграли солнечными зайчиками. Удивительным был цвет — белый, который создавал ощущения снежной шапки. Высота горы была небольшой, может быть, метров триста-триста пятьдесят, тут снизу трудно для меня назвать точное число.
— А-а-а, — протянул маг, — дом правителя или хранителя, исследователи так до сих пор и не могут прийти к единому мнению. Кем и когда построен — неизвестно, из чего сделан — неизвестно, защищен магией, природа которой неизвестна. Правда, ходят слухи, что маги из Великих миров сумели попасть внутрь защитного купола, но правда ли это — неизвестно.
— Существует пророчество, — внезапно произнес проводник. — «В тот день и час, когда в этот мир ступит нога хозяина его, замок заграет всеми цветами радуги». Шесть лет назад он полыхал целую минуту.
А мне мгновенно пришло в голову то, что именно тогда исчезла моя мама. Я едва сдержался, чтобы не помотать головой, отгоняя мысль, что это я такой весь из себя могу быть его владельцем. А что, по датам все сходится.
— «И падут враги его, и получат милость его соратники, и воссияет мир своею красотой утерянной, и грянет великая…» — внезапно заговорил молодой «подай-принеси». — Жаль, что пророчество известно не до конца.
Я успел заметить быстрый и очень недовольный взгляд проводника. Что-то он еще знает об этом пророчестве, которое почему-то ему так не нравится.
— А туда тяжело забираться? — задал я новый вопрос.
— А как ты думаешь, по отвесной скале-то лезть? — вопросом ответил маг. — Видишь гора одинокая, поэтому и с других вершин в него не попасть.
«Странно», — подумал я. — «Я же вижу явную тропинку, поднимающуюся по спирали». Говорить я, естественно, не стал. Очень хотелось пойти и посмотреть вблизи — не показалось ли? Но и этого делать не буду — если никто больше этот маршрут не видит, то только вызову ненужные подозрения. Лучше как-нибудь потом самостоятельно сюда приду.