— Снимай розовые очки, Викки. Ты не в сказке, а я не принц. Но ты всё ещё хочешь остаться маленькой принцессой.
— Для тебя нормальный мир — это перестрелки и убийства?
— Это реальность, о которой раньше ты не знала. Привыкай.
Тори ошарашенно приоткрыла рот, взяв паузу на то, чтобы обдумать его слова:
— Я не хочу привыкать к такой реальности!
— Давай скажу, кого волнует то, что ты хочешь. Абсолютно никого.
— Грубиян, — прошептала себе нос девушка, сжавшись всем телом, будто бы желала испариться отсюда прямо сейчас.
Ник посмотрел на содрогающуюся Викторию, которая дрожала так, будто бы на улице стоял дикий холод, а не палило жаркое солнце. Кажется, сейчас ему не стоило добавлять столь неприятную фразу, взбудоражив Тори ещё сильнее. Ну, что же поделать, Ник не умел быть более тактичным. Даже на работе он не сдерживался от привычного цинизма, саркастичности и дерзости.
Наверное, будет уместно попытаться сказать что-то более лояльное. Стоит хотя бы попробовать.
— Викки, я не мог сохранить Рону жизнь. Люди Мануэля не имеют и капли добродушия. Им нельзя показывать милосердие, иначе легко сядут на шею. Они подчиняются лишь тому, кто более расчетлив, хитер и беспощаден.
Тори насупилась:
— И ты решил подчинить их себе? Они не твои люди. Мануэль лидер, а не ты!
— Это ненадолго.
— Как это понимать?
— Много говоришь, мисс Далтон.
— Ты хочешь стать лидером Мортала? Хочешь заменить Мануэля? Уже сейчас в твоей голове такие планы?
Тори решилась поднять голову, чтобы посмотреть в его темные глаза и поняла, что её догадка абсолютно верна. Николас давно уже не на стороне Мануэля. Вот значит какие у него цели, а то, что он адвокат мафии — прикрытие. Невероятно. Его планы ещё грандиознее, чем Виктория могла себе предположить. Он поставил себе весьма высокую и сложно выполнимую планку. Опасность в его миссии зашкаливает, но сможет ли он справиться с опытным заядлым преступником?
Отвлекаясь от оценки его возможностей, Тори опустила взгляд. Ник всё также держал её одной рукой, не давая отойти и на шаг. Он был слишком приближен. Она ощущала жар его тела и боялась, что он сможет почувствовать, как она дрожит, пребывая в столь запретной с ним близости. В следствии она не смела высказать свое недовольство, чтобы его вспыльчивость не проявилась и на ней. Ей хватит на сегодня мужской агрессии.
— Ты правда готов стать таким человеком? Готов быть ещё более жестоким, чем Мануэль? — спросила Тори, надеясь услышать отрицательный ответ. Она всем сердцем желала, чтобы он сказал, что хочет возглавить Мортал, чтобы потом направить действия группировки со стороны злобы на сторону милосердия. Глупо, наверное, даже рассчитывать на его гуманные планы. Очень глупо и наивно.
— Готов, — ответил Николас без доли сомнения, чем разбил все надежды Тори вдребезги.
— Интересно, почему до тебя так туго доходит, что я не тот забитый садовник, который работал в семье Далтон восемь лет назад?! У меня давно иные цели.
— Я всего лишь надеялась, что ты не настолько жалок, чтобы так низко опуститься, — резко бросила Тори. О смысле собственных слов она не жалела. Задела гордость мистера Моргана, который надел корону на свою голову? Превосходно. Ему пора бы приспуститься с небес. Слишком много он возомнил из себя.
Ник хитро ухмыльнулся, замечая упрямый взгляд Викки. Она довольно быстро пришла в себя после того, как увидела своими глазами убийство. Привыкает.
— Я уверенно получаю власть, которую заслуживаю. Если это жалко, то ты полностью права, Викки, — Ник ухмыльнулся, посмотрев в её гневные глазки. — С такой логикой ты далеко не пойдешь.
— Зачем тебе это? — она сузила глаза. — Зачем ты хочешь окровавленной власти? — говорила Тори, наконец-то начиная понимать истинные намерения Николаса Моргана. — Тебе мало того, что у тебя своя юридическая фирма. Мало того, что ты успешный адвокат. Ты хочешь руководить людьми иначе. Хочешь, чтобы тебя боялись.
Она поймала его взгляд на себе и прочла в его глазах, что сказала всё абсолютно правильно. Ни слова фальши. Лишь правда.
— Когда в тебе проснулся этот демон, Ник? Я помню тебя другим.
— Пора бы уже забыть того, кем я был раньше, Викки. Ты бы ещё припомнила, каким милым мальчиком я был в пять лет, — бросил Николас, инстинктивно грубее охватывая талию девушки рукой. — Мои приоритеты другие. Я иду к своей цели и скоро достигну её. Никто не знает о моих планах и надеюсь, что так будет и дальше.
— Этот намек касается меня? Я никому не расскажу. Не могу рассказать, — проговорила Тори, сделав небольшую паузу. — Но ты должен знать, что стал отвратительным человеком.
— Ты ведь не ждешь, что это должно задеть меня? — он изогнул одну бровь и слегка ухмыльнулся.
Тори покачала головой, вкрай разочаровавшись в этом человеке.
— Я жду, что у тебя ничего не выйдет и Мортал никогда не попадет в твои безжалостные руки!
— Буду вынужден огорчить тебя, тыковка, — Николас рывком заставил Тори наклониться и, положив руку на её макушку, чтобы она не ушиблась, поспешно толкнул в машину.
Тори и не думала покорно смириться со своей участью и ждать того, что будет дальше. Пытаясь сохранить себе жизнь, она нажала на кнопку и, лишь слегка открыв дверь, ощутила, как резко Николас вновь закрыл её и демонстративно нажал на пульт от своего автомобиля, чем заблокировал все двери. Её ярость на него вспыхнула вслед за пробирающим страхом. Сердце забилось в разы быстрее, и казалось, что воздуха в салоне стало совсем мало. Она приложила одну руку к груди, помогая себе дышать, а второй ещё раз попыталась открыть дверцу, хотя и понимала, что это окажется безуспешной затеей.
Облокотившись на спинку кожаного черного кресла, Тори попыталась успокоить себя и не впадать в панику. Она отвлекла себя мыслью о том, что делает Ник. Он остановился около капота и достал из кармана пачку сигарет. Обхватив одну губами, он прикрыл её ладонью от ветра и, щелкнув по зажигалке пальцем, втянул в легкие дым.
Тори пыталась понять, чего он ждет. Или же это просто знак его вежливости, и он любезно решил не курить при даме в салоне автомобиля? Нет, невозможно. Какой из него джентльмен?!
Она слегка наклонила голову, как только к Николасу кто-то подошел. Они пожали друг другу руки. Пришлось вытянуться чуть ли не на водительское сидение, чтобы посмотреть на того, кто подошел. Через некоторое время Ник потушил сигарету, бросил окурок прямиком в мусорный бак и начал медленно направляться к дверце машины, чем отлично открыл обзор.
Тори застыла, увидев того самого Джима, который вместе с тем юным парнем публично позорили её. Теперь они с Ником улыбались и перебрасывались фразами, будто лучшие неразлучные друзья. Словно только что Джим не целился в Николаса из пистолета и не жаловался на него Мануэлю. Это ещё как понимать? Медленно начиная вникать в планы Ника, Тори смогла рассекретить ещё один козырь в его кармане. Значит Джим заодно с ним. Это был лишь тщательно задуманный скандал, чтобы обратить внимание Мортала на того, кто должен занять место Мануэля. Невероятно жестокая задумка, но действующая. Так ловко и незаметно он смог обхитрить абсолютно всех и в тоже время никак себя не выдал. Ник точно знал, что делал и ему хорошо удалось пошатнуть авторитет мистера Кано.
Разблокировав двери, Ник занял водительское сидение. Один лишь его взгляд в сторону Тори дал понять, что ей лучше не тянуться к ручке двери. Она медленно опустила руку назад на свои колени, чем удостоилась его одобрительного кивка. Прокрутив ключ, он нажал на газ, выезжая на главную трассу, не обращая внимания на то, что явно перебрал с разрешённой скоростью.
Тори косо взглянула на то, как он держал левой рукой руль и был сосредоточен на дороге. Его скулы были слегка напряжены. Как всегда, собственно. Он беспрерывно контролировал любую ситуацию, в которой находился. Чтобы ни было, Ник не мог не держать всё под собственным контролем. Как возможно день и ночь быть настолько сосредоточенным? Помимо весьма масштабных криминальных целей, он ещё является владельцем юридической компании. Разве возможно успевать всё? Он спит вообще? Не вампир ли он часом? Это был бы подходящий ответ его постоянной собранности. Виктория на его месте давно бы уже всё бросила и не успевала бы абсолютно ничего. В ней не воспитали такую важную черту характера как целеустремленность. Именно сейчас за это она особенно сильно корила себя, желая исправиться, но выходило совсем неудачно.